4. "ТВОРЧЕСКАЯ ИДЕЯ НАШЕГО БУДУЩЕГО"
(цитаты из работы Ивана Ильина, 1934 г.)
"Это есть идея воспитания в русском народе национального духовного характера.
Это – главное. Это – творческое. Это – на века. Без этого России не быть. Отсюда придёт её возрождение. Отсюда её величие воссияет в невиданных размерах. Этим Россия строилась и творилась в прошлом. Это было упущено и растеряно в 19 веке. Россия рухнула в революции от недостатка духовного характера – в интеллигенции и в массах. Россия встанет во весь свой рост и окрепнет только через воспитание в народе такого характера…"
"Национальное воспитание может быть осуществлено и должно быть проведено самим русским народом, т. е. его верной и сильной национальной интеллигенцией: священником и монахом, народным учителем, профессором, офицером, судьёю, чиновником, художником и литератором. Для этого России нужен новый отбор людей, - отбор духовный, качественный и волевой".
"… ибо ныне бороться за Россию и победить могут только люди, воспитавшие и закалившие в себе национальный духовный характер; они должны найти друг друга, сговориться и сорганизоваться".
"В будущей России образование не должно отделяться от духовного воспитания, - ни в народной школе, ни в гимназиях, ни в профессиональных училищах, ни в университетах".
"Философ Гераклит был прав: никакое "многознание не научает иметь Ум". Образование одной памяти и одного рассудка оставляет человека полуобразованным и главное беспринципным, придавая ему черты самомнения и изворотливости. Полуобразование уводит от духа и от Бога. Беспринципность ведёт на службу к дьяволу".
"Всё, что воспитывает духовный характер человека – всё хорошо для России, всё должно быть принято, творчески продумано, утверждено, насаждено и поддержано. И обратно: всё, что не содействует этой цели, должно быть отвергнуто, хотя бы оно было принято всеми остальными народами".
"Для русского народа нет выбора: если он не вступит на этот путь, то он вообще не сможет удержаться на исторической арене. Тогда он будет отвеян в пространство, как историческая мякина, или затоптан другими народами как глина".
"Этот порыв должен начаться от меньшинства. Не верю и не вижу, чтобы это меньшинство могло сплотиться без руководства единоличного вождя. Но именно признанного вождя, а не мелкого честолюбца и не безыдейного авантюриста".
"… нельзя предоставлять людям вылепливать их душевный уклад как придётся: пусть-де у каждого инстинкт развивается по воле случая, под влиянием природы, влечений и обстоятельств, - на то-де человеку дана "свобода", и свободу эту надо уважать… Это якобы "либеральное" полуинтеллигентное воззрение отжило свой век, и Россия к нему не вернётся. Кто не будит в своём ребёнке духовного начала, тот отдаёт его во власть его инстинктивных влечений; тот просто предаёт его. Свобода есть начало великое, творческое и драгоценное; но она не есть свобода от духа, от совести и чести. Напротив, духовное воспитание не только не исключает свободу, но подготовляет человека к ней и к творческому наслаждению ею".
"Вся Россия была создана людьми с характером. Вся русская культура есть явление национального духовного характера. А ныне, после таких и стольких испытаний, мы призваны к тому, чтобы найти ключ к воспитанию русского национального духовного характера в массе; и осуществить это воспитание. Мы должны твёрдо верить в то, что все беды и испытания последних лет – не только плющили и разбивали слабых, но и закаляли сильных. И от этих, сильных и закалённых, мы и должны начать новую систему национального воспитания в России. Это проблема всех проблем; здесь начало всех начал. Ибо люди с сильным духовным характером нужны России не только через сто лет, и не только "послезавтра", но сегодня, сейчас, немедленно и на века!..
И кто воспитает теперь же хоть одного такого человека, - укрепит ли он себя самого, или поможет другому, или взрастит в этом духе сына, или дочь – тот оправдается перед лицом России и её истории. Если что-нибудь необходимо России – то такие люди. Если враги России чего-нибудь опасаются, то именно этого. Если разрешение какой-нибудь задачи нельзя откладывать, то именно этой задачи!"
"И кто не любит беззаветно своего национального вождя, и не верит ему, и не верит в него, - тот не посылает ему своего сердечноволевого луча верности, силы и вдохновения, тот не "аккумулирует" к нему или в него, и потому жизненно и творчески теряет его; именно потому персону вождя и Государя враги всегда пытаются обессилить и подорвать подозрениями, насмешкой, очернением и клеветою…"
"Необходима духовная очевидность. Русский национальный характер должен быть построен на очевидности и может быть построен только на ней. Это и только это соответствует душевному естеству и укладу русского человека.
Очевидность – вот то простое и единое слово, к которому я свожу воспитание русского национального характера и следовательно всё возрождение России. На очевидности – на духовном оке, на зрении сердца, на созерцании любви – построена была Россия: и русское православие, и русская добродетель; и русское правосознание и русское геройство; и русское искусство, и русский характер".
"В очевидности отпадает всякое сомнение и шатание, исчезают все оговорки, резервации, всякая условность, все релятивистические уловки".
"Очевидность есть источник убеждения, убеждённости; она есть источник духовной принципиальности и духовного характера. Именно к очевидности в её полном и глубоком значении может быть сведена творческая идея нашего будущего".
"Чувство собственного духовного достоинства – есть основа достойного, верного образа действий; основа здоровой гражданственности, творческого правопорядка, могучей армии, крепкого государства. Это есть основа неподкупного, честного служения церкви, и родине, и всякому Божьему делу на земле…"
"… чтобы блюсти верность – церкви, родине, правительству, жене, своему слову – нужна не только преданность сердца, но ещё и живая, волевая власть над самим собою, над произволом своего ума, над кипением своих страстей, над своею корыстью и ленью".
"… к организаторской и водительской деятельности призваны именно люди с духовным характером и только они. Ибо им дано видеть в других людях, кто из этих других к чему призван; и кто силён, кто слаб; и кто верен, а кто затаил в себе предателя; и кто какой ранг способен понести и вынести. А вне этого не создать никакой могучей и ведущей, жизненно-творческой организации".
""… жить стоит только тем, за что стоит бороться на жизнь и на смерть, за что стоит умереть". Стоит бороться и умереть – за Бога, за веру, за духовную свободу, за честь, за родину, за семью; стоит бороться и умереть – за свой народ, за его духовную культуру, за его творческую жизнь, за национальное искусство, за национальное достояние, за национального вождя. И новые русские поколения должны внять этому критерию у самой колыбели своей".
"Мы должны прежде всего и больше всего – крепить, растить и углублять русский национальный духовный характер, в самих себе и в других, и в наших детях. В этом залог спасения, знамя спасения и утверждения на много десятков лет, на сотни лет вперёд. В этом творческая идея нашего будущего, в этом критерий нашего успеха. Это мерило для нашего государственного и хозяйственного строя. Здесь источник расцвета русской науки, русского искусства, русской культуры.
И не "приступить" к этому мы должны, ибо мы к этому уже приступили; а сознательно и планомерно, и неутомимо предаться этому.
Идея духовного характера должна стать и станет в России ведущей идеей, программой, мерой. Бесхарактерность будет мерою неудачи и стыда; характер мерою успеха и почёта. От людей, которые не любят ничего высшего и не верят ни во что божественное, будут сторониться; их будут обходить. С людьми, у которых нет очевидности, не будут разговаривать – ибо с трупами не беседуют. Всюду будут искать людей совестных и верных. Люди, лишённые чувства собственного духовного достоинства, займут последний ранг в обществе. Люди, неспособные к автономному самообладанию, будут обуздываться и клеймиться. Россия вступит в эпоху орденских и рыцарских организаций.
Ибо русские люди поймут и продумают окончательно то, что начали понимать уже и в наши дни: а именно, что один человек с духовным характером есть уже целый остров в бушующем море; и что два таких человека, сговорившихся в крепком и верном, жизненно-смертном единомыслии - образуют начало материка; а орденский союз, сплотившийся из таких людей, может всё и для него нет невозможного.
И потому мы теперь же, сегодня же должны – каждый в себе самом, за себя и для себя, и в то же время – для других и для России – ковать в себе этот духовный характер, измеряя себя и свои поступки этими мерилами: любви, веры, очевидности, совести, чувства собственного духовного достоинства, автономного самообладания и смертной готовности. И всё это перед лицом России – её исторических судеб, её трагедии и её возрождения, её потребностей, её грядущих путей; познавая её через свою собственную душу и познавая себя в её истории и её духе.
Итак, спасение России – в воспитании и укреплении русского национального рыцарства. В этом всё: идея, программа и путь борьбы. Это единственно верное и единственно нужное. Всё остальное есть проявление, развитие и последствие этого.
Рыцарский дух; рыцарская дисциплина; рыцарское единение; рыцарская борьба! В мире раздор и смута потому, что люди ищут только "своего" и только "для себя". Смута и раздор потому, что в жадных сердцах нет престола Божия, нет служения и ответственности; и потому нет и спасительной, творческой идеи, которая дала бы не только новую цель и новую программу, но указала бы и новое бытие и новые формы бытия. Нет этой идеи: христианско-милосердной-социальной; и в то же время – духовноправовой, патриотически-государственной и грозной. Да, милосердной и грозной: рыцарственной.
Оставим в стороне другие страны и другие народы. У них свои язвы, свои беды, свои нужды и свои опасности. Нельзя быть умным и сильным за других. Мы сами – беспризорные дети; и потому не наша печаль чужих детей качать. Оставим до времени все общечеловеческие мечты и вселенские химеры. Россия перед нами. А ей необходимо русское рыцарство: новое служение по-новому служащих новых служилых кадров.
Быть рыцарем – значит предстоять престолу Божьему; и в этом трепетном предстоянии почерпать бестрепетность для честного и грозного служения.
Быть рыцарем – значит свободно и цельно любить нечто Высшее, и связаться с ним через очевидность до одержимости, через веру до волевых поступков.
Быть рыцарем – не значит иметь отвлечённый "идеал", но значит быть верным, сильным и бесстрастным орудием живой идеи, её носителем до смерти, её слугою на смерть.
Быть рыцарем – значит закалять свой характер; значит утопить своё малое "я" в великом, национально-патриотическом "Мы" и подчинить своё личное – общему спасению.
Быть рыцарем – значит построить свою жизнь на свободном повиновении Предмету и Вождю и поднять забрало навстречу врагу.
Быть рыцарем – не значит "отвергать собственность", но значит оплодотворять её трудом и преображать щедростью.
Быть рыцарем – значит вносить во все дела дух неуравнивающей справедливости, нести своему народу братство, слабому – защиту, злому – грозу!…
… Невозможно? Неосуществимо? Утопическая мечта? Непосильный идеал?
Смотрите же: весь смысл переживаемой нами смуты в том, чтобы повсюду запылали очаги нового, национально-государственного рыцарства; чтобы разделились вода и огонь; чтобы не погибла Россия от теплоты и сырости, от плесени и грязи…
И не говорите, что "нас мало" и что нельзя нам "переть против рожна". Тех, кто прав, силён и верен – всегда было на свете меньше; и все большие движения всегда начинались скудным меньшинством. Дело не в числе людей, а в их внутренней, духовной силе и в их спайке на жизнь и на смерть. Зверь гораздо сильнее укротителя, но и не смеет броситься на него, пока дух укротителя собран и пока не дрогнула сила его взгляда.
Будем же твёрдо уверены в возрождении России. И доведём себя до очевидности в вопросе о необходимости для России национального духовного характера. И тогда всё сложится само собою.
Знаем мы, что русскому человеку в массе нелегко даётся сила характера. Но если характер дался и удался русскому человеку – то крепости его искони дивились другие народы.
Читайте историю России; и убеждайтесь, что вся она создана силою русского духовного характера. От Феодосия Печерского до Сергия, Гермогена и Серафима Саровского; от Мономаха до Петра Великого, и до Суворова, Столыпина и Врангеля; от Ломоносова до Менделеева – вся история России есть победа русского духовного характера над трудностями, соблазнами, опасностями и врагами.
Так было. Так и ещё лучше будет и впредь. В России зазияла бездна безбожия и жадности, бесчестия и порока. Россия отзовётся на это и уже отзывается зарождением рыцарства. И Господь подаст нам и умудрения, и силы, и горения, и воли."