«Коммунизм и нацизм схожи между собой, это в сущности одно и то же» – это внушают нам и российские, и западные либеральные идеологи, начиная с «компетентных» политологов и кончая «злободневными» журналистами. Надо ли говорить, что перед нами тезис, рассчитанный в большей степени на чувства – столь велика до сих пор у людей ненависть к нацистам и фашистам, развязавшим самую кровавую войну ХХ столетия. Причем, тезис этот не лучшим образом характеризует нравственное состояние указанных идеологов. Думают ли «господа либералы», что они, таким образом, оскорбляют память миллионов коммунистов, боровшихся с фашизмом и погибших в этой борьбе?

Когда же доходит до рационального доказательства этого тезиса, то, как правило говорится, что, коммунисты и нацисты схожи в своих политических методах. И те, и другие повинны в репрессиях и установлении диктатуры. Также утверждается, что коммунистическая и нацистская идеология схожи по существу – и та, и другая объявляют какую-либо группу людей «избранной», будь то класс или нация и раса. Что ж, разберемся по порядку.

Прежде всего, история показывает, что диктатура и репрессии – увы, непременный атрибут утверждения любой значимой политической идеологии. Причина тут не в содержании идеологи, а в закономерностях развития революции как социального феномена. Либеральные идеи, пресловутые права и свободы человека тоже устанавливались в Европе через террор, репрессии и диктатуру, не менее, а может, и более кровавые, чем российские. Имеется в виду, например, диктатура Робеспьера или Кромвеля. Затем накал революционных страстей стихает, режим стабилизируется и становится значительно мягче. В том же СССР репрессии заняли лишь сравнительно небольшой период — с начала 20-х по конец 30-х. Это и есть активная часть жизни поколения, которое делало Революцию, поколения идеалистов и бунтарей. Как только оно стало уходить с исторической сцены, установился гораздо более мягкий режим. Разумеется, остаточные преследования инакомыслящих еще были, но они не носили массовый характер. К примеру, диссиденты в результате оказывались за границей, куда и сами стремились и где их ждали премии и высокооплачиваемая работа на радиоголосах. К слову сказать, идеологические ограничения и репрессии такой же интенсивности были тогда и на Западе – маккартизм, запреты на профессии, аресты «диссидентов», объявление инакомыслящих и нелибералов «экстремистами». Не будем все же забывать, что шла Холодная война. А более молодые либеральные режимы еще и в ХХ веке практиковали якобинские методы – генерал Пиночет в Чили устанавливал «свободное капиталистическое общество», расстреливая своих политических оппонентов.

Как видим, на этом основании сближать коммунизм и нацизм могут лишь люди, которые либо совсем не знают истории, либо хотят сознательно ввести нас в заблуждение. Не лучше обстоит дело и со вторым «аргументом». Прежде всего, укажем на то, что нет ничего более противоположного, чем коммунистический и нацистский взгляды на общество, историю и человека. Коммунисты никогда не проповедовали и не проповедуют, что есть некие «высшие люди», которые почему-то принципиально лучше других. С точки зрения теории коммунизма человек – существо универсальное, каждый создан для полнейшего самовыражения, а ограниченными и несовершенными нас делают окружающие социальные условия. Причем отчуждению, несоответствию своего существования с высшим назначением человека подвержены не только эксплуатируемые, но и эксплуататоры, не только рабочие, которые горбатятся за кусок хлеба, как сейчас в Третьем мире, но и крупный собственник, в котором порой остается немного человеческого (бизнес — штука жестокая). Вовсе не к господству представителей одного класса стремятся коммунисты, как доказывают нам нынешние антисоветчики. И коммунистом может стать любой – будь он еврей или руский, выходец из среднего класса или аристократической среды. Рассказчики о «пролетарском шовинизме, напоминающем нацистский», «скромно» умалчивают, что, например, в той же большевистской партии были не только рабочие, но и крестьяне, выходцы из купечества, разночинцев, а ее лидер – Ленин так вовсе был дворянин. Коммунисты, правда, признают, что человек труда является более цельным, естественным человеком, но ведь это совсем другое дело. О пользе труда и о необходимости его, если ты хочешь победить свои страсти, сформироваться как духовно глубокая личность, говорит и христианство.

Совсем не то в доктрине нацизма. Здесь постулируется, что одни рождаются сверхчеловеками, чья участь – господство, другие – недочеловеками, обреченными на рабство. Недочеловек с точки зрения нациста, никогда не станет национал-социалистом, пусть хоть он выучит речи Гитлера наизусть и считает себя немцем и расистом. Очевидно, что коммунизм вообще-то гораздо ближе к христианским ценностям гуманизма, чем нацизм. Нацизм есть возрождение язычества, которое ведь тоже считало рабов животными. И общественные идеалы у коммунистов и у нацистов разные. С одной стороны рисуется царство, где все свободны и равноправны, где наличествует забота о каждом, где труд становится творчеством и самовыражением. С другой стороны – царство, где одним все, другим – ничего, где есть каста недочеловеков от рождения, которых можно даже безнаказанно убивать. Наконец, и понимание истории различно: для коммуниста история – естественный процесс, подчиненный объективным закономерностям и творимый людскими коллективами, для нациста же история – хаотичное нагромождение индивидуальных воль, где побеждает сильнейший, которому благоволят боги. Коммунизм – доктрина рациональная, связанная с наукой. Нацизм – иррационалистическая, открыто провозглашающая свою связь с магией и оккультизмом. Гитлер объявлял себя медиумом древнегерманских богов. Высшие круги нацистской партии поддерживали контакты с разными оккультными, мистическими организациям  — от масонских и ариософских лож до тибетских монастырей. Официальная доктрина нацизма входила в глубокое противоречие с рациональной наукой. Речь идет не о случайных политических преследованиях тех или иных научных школ, а о принципиальном выборе в пользу магии.

Что же тут общего с советским, научным, материалистическим мировоззрением?

Как видим, те, кто сближают нацизм и коммунизм по идеологическому признаку, либо вообще не знакомы ни с той, ни с другой идеологией, либо откровенно лгут. Скорее уж либерализм сродни нацизму. Не будем забывать, что долгое время либеральное мировоззрение вполне мирно соседствовало с неприкрытым расизмом. Американские либералы превращали негров в рабов, английские либералы считали индусов полуживотными, да и сейчас просвещенные европейцы пользуются трудом бесправных нелегальных иммигрантов. Скажем, славянских девушек, которых обманом вывезли на Запад. И ведь не почитают это нарушением прав человека! Да и Гитлер пришел к власти на деньги крупного немецкого капитала, и, несмотря на свои демагогические заверения, что он «за рабочих», развязал войну, выгодную в первую очередь крупным промышленникам. Хотя бы на этом примере видно, что либеральным идеологам надо вернуть их пропагандистский «тезис». Их капитализм и фашизм, выходит, вполне совместимы. А вот социализм ликвидировал национальное неравенство в России, дал возможность развивать свои культуры и нерусским народам, открыл всем широкий путь. Так что, как говорится, решайте сами: что есть что.