РУССКИЙ РУБЕЖ
Русский атеист беседует с русским церковнослужителем: время собирать русский народ.
В республиках СНГ в настоящее время проживают: в Азербайджане 180 тысяч этнических русских (2,4% от всего населения), в Армении - 10 тысяч (0,3%), в Белоруссии - 2,1 млн. (20,4%), в Грузии – 260 тысяч (4,9%), в Казахстане – 4,5 млн. (30%), в Киргизии – 290 тыс. (6,5%), в Латвии 741 тыс. (29,6%), в Литве – 304 тыс. (8,7%), В Молдове – 500 тыс. (11,5%), в Таджикистане – 140 тыс. (2,4%), в Туркмении – 50 тыс. (1,2%), в Узбекистане – 1,3 млн. (5,8%), в Украине 9,1 млн. (21,8%), в том числе, в Крыму - 1,55 млн. (62%), в Эстонии 416 тысяч (28,5%). Всего – 19,9 млн. Каждый пятый русский проживает сегодня в этих республиках.
Русские чаще всего оказываются здесь нежеланными. Но есть Приднестровская Молдавская Республика, где многие проблемы с основными правами русских не актуальны. Поэтому и осознание проблем русской нации в Приднестровье стоит на порядок выше.
В канун Нового года специальный корреспондент «Советской России» Лев Леонов встретился с протоиереем Тираспольско-Дубоссарской епархии Молдавской митрополии Русской православной церкви Дионисием Абрамовым, которому русские приднестровцы доверили возглавить дело своего объединения, возглавить Союз русских общин Приднестровской Молдавской Республики.
Л.Л.: Прошедший год был непростым для Приднестровья. Он отмечен целой серией важных событий и, наверняка, станет заметной вехой в истории молодой республики.
Весенние надежды на скорейшее урегулирование отношений с Бессарабией (Молдовой) обернулись не просто похолоданием и возвратом к тяжелым временам конфронтации, но вообще под вопросом оказалось достижение какого-либо компромисса в обозримом будущем. Экономическая блокада Приднестровья усилилась. Перспективы международного признания отдалились после сентябрьской провокации в США и изобретения новой отвлекающей погремушки – так называемого международного терроризма на базе сепаратизма. Целый ряд недружественных шагов и заявлений в адрес ПМР сделаны российскими официалами, в том числе, президентом Путиным и проправительственными СМИ.
С другой стороны, было немало отрадного. На все негативные вызовы приднестровцы спокойно и достояно дали адекватный ответ. Несмотря ни на что, экономический рост был самым большим за последние годы. И темпы его в несколько раз превосходят аналогичные показатели любой другой республики из бывших советских. На декабрьских выборах президента народ Приднестровья продлил мандат Игоря Смирнова, тем самым недвусмысленно в очередной раз выразил свою волю в поддержку курса на строительство независимого государства. Наконец, появились долгожданные весомые подвижки в украинском векторе. Несколько твердых шагов Украины в дни развязанной Кишиневом против ПМР сентябрьской таможенной войны быстро поставили бессарабцев на место. Украина начала проявлять растущий интерес к Приднестровью (своей исконной многовековой территории) в экономическом, политическом, культурном аспектах.
Но самое главное: после некоторого, я бы сказал, расшатывания и затухания наметился важный возврат к консолидации приднестровского общества, к единству народа. А это и есть настоящая гарантия независимости и суверенитета любой страны. В этой связи мне представляется принципиально значимым появление Союза русских общин Приднестровья, объединения именно русских. Тут Приднестровье в очередной раз преподнесло урок всему русскому обществу. Нашли в себе силы преодолеть распри и расколы, мелочную суету вождизма, русскую менталитетную зависть - во имя будущего, когда во весь рост встала реальная угроза гибели нации.
Д.А.: Не надо думать, что объединение общин шло как по маслу. Что все сразу одушевились одной идеей и объединились. Ничего подобного. Объединение русских вообще всегда идет тяжело.
Русские общины стали возникать в Приднестровье с 1994 года. Появлялись они разрозненно, инициативным путем, и никакого единого центра, а значит – единства действий не было. В мае 2001 год решили объединиться. Чтобы лучше решать задачи, стоящие перед всеми русскими общинами.
У нас они не маленькие, нет мелких организаций. Очень крупные, это в первую очередь Бендерская община «Добрыня», русская община имени А.В. Суворова в городе Рыбница, в Тирасполе единой городской организации нет, существуют три крупные русские общины. После образования Союза и в Тирасполе наметилась отрадная тенденция к слиянию этих организаций. Существуют также русские общины в Каменском районе, в Григориопольском районе, в Дубоссарском районе, то есть буквально во всех субъектах Приднестровской Молдавской Республики, во всех городах и районах.
К счастью, нас минули те проблемы объединения русских организаций, которые существуют в республиках СНГ. У нас не возникло параллельных структур с их борьбой за лидерство, а все местные русские организации во всех городах и районах республики вошли в Союз русских общин. Этим мы выгодно отличаемся, скажем, от соседей – Украины и Молдовы, где появилось много параллельных структур. С кем не общаешься на Украине, все называют себя русской организацией и обязательно Всеукраинской. В Молдове также существуют параллельные организации, которые, к сожалению, плохо взаимодействуют друг с другом. Этой проблемы мы сумели избежать.
Л.Л.: О России и говорить не приходится. С количеством «всероссийских» русских национальных организаций может конкурировать, разве что количество коммунистических партий. Налицо – очень выгодный врагам русского народа раскол.
Д.А.: Объединить крупные организации не так-то просто. Многие общины не хотели входить в Союз, потому что не понятна сначала была фигура лидера. Все люди слабы до власти. Есть у нас такой грех тщеславия. Некоторые из председателей местных общин хотели бы возглавить единую организацию. Моя задача, как православного священника, заключалась не в том, чтобы возглавить Союз, как потом оказалось, а в том, чтобы, пользуясь влиянием служителя церкви (каковое было) собрать все русские общины на учредительную конференцию. Это удалось. Все пришли и проголосовали за то, что нужна единая организация.
С мая по декабрь у нас прошли три республиканских конференции – далеко не каждая общественная организация в ПМР живет такой полнокровной жизнью. Три конференции за полгода, люди спрашивают «зачем»? Накопилось много вопросов, которые надо решать сообща. На последней конференции у нас было 600 делегатов со всей республики. На второй и третьей конференции у нас присутствовал Президент ПМР И.Н. Смирнов – обыкновенным делегатом. Наверно, это говорит о значимости конференций.
Мы создали не политическую организацию. Я хотел бы это особо подчеркнуть. Именно потому, что она не политическая, ее смог возглавить священник. По последнему основополагающему документу жизни нашей русской православной церкви – Основам социальной концепции РПЦ - священник не может участвовать в политической жизни. Но в общественной, национальной организации священник вполне может работать.
«Наша партия – русский народ», - вот наш «партийный» девиз. Он стал и девизом нашей газеты «Русский рубеж». Все это для нас слова ключевые. Да, сегодня Приднестровье - это русский рубеж. Но не только и даже не столько потому, что оказался таковым по географическим или политическим особенностям текущего момента. Русский рубеж – понятие для нас духовное. Это тот рубеж, который проходит или должен пройти в каждом из нас, из русских людей. Это та граница, за которой слабые перестают быть русскими людьми, и становятся русскоязычными жителями той страны, где, может быть, им тепло и уютно. На нашем приднестровском рубеже мы не приемлем западные стандарты, которые унижают нас, как русских, делают нас людьми без родины и веры. Мы не приемлем предательства ни в какой форме. И даже если власть предержащие в России забудут, что мы такие же русские, как и они, мы все равно здесь, в Приднестровье, будем не русской диаспорой, а русским народом. Для решения этой задачи и создан наш Союз.
Л.Л.: Что волнует сейчас русских приднестровцев?
Д.А.: Люди хотят, чтобы Союз помог им собрать документы для принятия гражданства России. Оформить загранпаспорт. Люди хотят получить русское образование, приобщаться к русской культуре. Нам удалось отправить за счет принимающей стороны сорок учителей русского языка и литературы из Приднестровья на стажировку в Россию. Мы получили в дар из России 21 тысячу учебников для общеобразовательных школ – дар бесценный. Учебники – это кровь русской культуры. В ближайшее время получим еще 70 тысяч. Нам удалось отправить, пусть для начала немного, 25 детей на летний отдых в Россию. Сейчас еще отправляем 25 детей. Подлечили в России ветеранов.
Российское посольство в Кишиневе уже отметило помощь Союза в подготовке документов на гражданство. Огромные очереди на получение Российского гражданства. Давно назрел вопрос об открытии Российского консульства в Тирасполе. В Приднестровье живет двести тысяч этнических русских и уже 85 тысяч граждан России. Эти люди верны России. Они никогда (даже в самые трудные, казалось, безнадежные времена) не принимали и не хотят принимать гражданства никакого другого государства. Естественно, консульские работники РФ работают в Кишиневе просто на износ, и я не понимаю, что мешает открытию консульского учреждения в Тирасполе.
Наметилась огромная тяга людей к русской культуре. И как ответ - появились русские хоровые коллективы, зазвучали русские народные инструменты. Больше стало культурных мероприятий для русских приднестровцев. Горячо был, например, встречен вечер русского романса в Бендерах. В своей деятельности мы стараемся делать упор на образовательные программы, на мероприятия по сохранению русской культуры. Распространяем русскую прессу. И не испытываем недостатка ни в названиях, ни в тиражах. А ведь известно, что в других республиках русские почти не имеют доступа к русской российской периодике.
Все, что я сказал, не означает, что в нашу организацию не может войти татарин или, допустим, еврей. У нас гибкая система. У Союза нет персонального членства. Есть только коллективное членство русских общин. Но на местах любой человек может вступить в русскую общину. Он может быть мусульманином, иудеем, буддистом, кем угодно. Может быть атеистом. И при том любой национальности. Но, допустим, мусульманская община не может вступать коллективным членом в Союз. Эта система единственно возможна в многонациональном Приднестровье. И потому у нас нет ни межконфессиональных, ни межнациональных распрей. Я знаю, что у нас на местах в русских организациях состоят люди совершенно далекие от русской национальности, но они русско-культурные и русско-думающие.
Л.Л.: На основании какой идеи возможен такой широкий взгляд? Где границы «русскости» для принятия человека в русскую общину, если он не русский? Получается ведь уже не русская, а какая-то российская община. Какие-то ельцинские «руссияне».
Цель и задачи Союза сформулированы Вами вполне четко. Однако, как можно достичь их, оставаясь вне политики? Классик говорил, что политика начинается там, где в дело втягиваются массы. Всякое массовое движение объективно не может быть «не политическим», как не может быть «никакой» температуры. Но, может, все дело в трактовке слова «политика»?
Д.А.: «Политика» в моем понимании – желание слабого прилепиться к кому-нибудь, чтобы стать или казаться сильнее. И в таком понимании «политика» совершенно чужда и нашему Союзу, и Приднестровью в целом. Иначе мы давно бы прилепились. А критерий один: ты наш, если любишь Россию. Если хочешь вступить в Союз не для того только, чтобы получить российское гражданство, уехать в Россию и там улучшить свою жизнь. Мы существуем не для того, чтобы помочь людям бежать из Приднестровья. Не с целью стать мигрантом в России. А для того, чтобы поддерживать здесь русскую культуру, русское образование. Чтобы, оставаясь здесь, чувствовать себя, как в России. Мы существуем, чтобы поддерживать здесь все русские начала. В том числе и язык русский. Мы должны хранить его в чистоте, находясь и за пределами России. А это нелегко, когда язык живет в окружении …надцати других языков.
Л.Л.: Это сегодня нелегко и в России. Полстраны картавит, потому что отсутствует какой-либо контроль за картавыми электронными СМИ, хотя бы с точки зрения правильности русского произношения. Кстати, вот вам довод в пользу того, как ничтожно малое может испортить беспечно большое. Как ложка дегтя бочку меда. И вы, тем не менее, считаете, что, принимая в Союз мусульманскую общину, вы не застрахованы от известных проблем размывания русского, а приняв отдельного румына или еврея застрахованы?
Д.А.: Мы не принимаем в Союз, скажем, мусульманскую общину на потому, что стремимся избежать обозначенных вами проблем. Мы, русские, призваны и исторически давно тянем за собой все народы России. Но у нас в ПМР нет необходимости сейчас вытягивать за собой, за русскими, другие национальные объединения. Они уже давно, раньше чем у русских, созданы и активно действуют. Союз молдаван Приднестровья, Союз украинцев, Общество гагаузской культуры, Еврейское общество… И у них есть чему поучиться. Кстати, в них тоже входят люди не чисто по национальному признаку. Мы, русские, увы, как всегда, объединяемся в последнюю очередь. Естественно, мы следим за тем, чтобы председатели русских общин на местах были русскими по национальности. Вот этот аспект важен. Лидер должен быть русским по национальности. И не надо тут стесняться. Но не думаю, что из-за вступления еврея или румына в русскую общину что-то там случится, допустим, в Дубоссарах.
Л.Л.: У меня другое мнение и в пользу его имеются многочисленные печальные исторические доказательства, но, быть может, вы правы. В Приднестровье уникальная ситуация, здесь возможно невозможное. Известно ведь, что в Бендерской синагоге в одном ряду с еврейскими святынями и героями провозглашают здравицу Приднестровской Молдавской Республике и ее президенту Игорю Смирнову.
Д.А.: Да мы живем в совершенно уникальных условиях, если можно назвать уникальным нормальную дружбу народов, которая была еще недавно на территории одной шестой части суши. Наша делегация недавно принимала участие в работе конгресса соотечественников в Москве. И нам никто не верил, когда мы говорили, что никакого притеснения русским в нашей республике нет. У нас нет проблем с русскими школами – их достаточно. Русские весомо представлены в органах власти. Русские у нас работают с документами, законами и просто бытовыми справками на доступном им родном языке. Один из лучших российских учителей прошлого года, победитель всероссийского конкурса, живет и работает, между прочим, в Приднестровье. Это директор школы поселка городского типа Маяк Т. Гусельникова. Мы говорили обычные вещи, но это воспринималась, как сказка, на фоне безобразных гонений на соотечественников в других республиках СНГ.
Л.Л.: Да, поселок Маяк. О нем мало кто знает. А ведь он достоин стать одним из символов того страшного, что содеяно с нашей страной. В последние годы СССР здесь, на передовом рубеже страны, были построены мощнейшие радиостанция и антенное хозяйство – советская «водородная бомба» в информационной войне. Страна готовилась дать адекватный ответ. Но радиостанция не пискнула ни разу. Вместе с другим оружием она была сдана предателями. Сегодня ее антенное хозяйство приспособлено, чтобы народ Приднестровья был самым информированным народом в СНГ. Однако Маяк только «слушает» мировой эфир. Он молчит, у него «вырван язык».
Образно говоря, «язык вырван» и у всего нашего народа. И страшная правда о происходящем вокруг, даже страшная весть о гибели самого народа не доходят до сердца и ума людей. Если бы в России знали, что происходит с соотечественниками хотя бы в соседней Украине! За десять незалежных лет число русских школ здесь сократилось на три тысячи. Ежегодно свой статус русскоязычных теряют 130 школ. Только за последние пять лет на полмиллиона сократилось число учащихся в русских школах. В Киеве подавляющее большинство горожан говорят по-русски, но только одна школа из пяти ведет преподавание на русском языке. В Харькове три четверти населения – русскоговорящие, но за последние три года здесь ликвидировано 30 русских школ. Поразительно, что инициаторами украинизации образования часто выступают русские по национальности чиновники. Вот вам и русский рубеж.
Он и в Москве четко виден. Россиянские власти заключили Большой договор с Украиной, хотя закон «О государственной политике в отношении российских соотечественников за рубежом» прямо предусматривает обратное – пересмотр дружественной политики России с государством, где проводится подобная дискриминация соотечественников. Зная, что кабинет министров Молдовы дал отрицательное заключение по законодательной инициативе, предусматривающей обязательное изучение русского языка, что в Молдове не сделано ни одного реального шага по возвращению на свое место абсолютно необходимого в многонациональной республике русского языка, россиянские власти подписывают подобный же Большой договор и с Молдовой. Эти люди сами себя отбросили за русский рубеж, в осадок. Тем не менее, они пытаются оседлать русское сопротивление, трудно, но неумолимо пробивающее сейчас себе дорогу. Конгресс соотечественников вон отгрохали. При этом умудрились оставить за бортом русских, проживающих за границами России, Белоруссии и Украины.
Только четверо активистов из Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Туркмении с помощью «Союзной газеты» попали на конгресс. Делегацию Приднестровья опять затолкали в состав делегации Молдовы (до идиотов, видимо, никогда не дойдет, что это геополитически разные государства). Никому по нормальной процедуре не дали слова («язык вырван»). Вот и Вы не сразу были пропущены на конгресс и не легко получили возможность выступить. Лишь отчасти боль второсортных русских (такими их, видимо, считают устроители конгресса) была затронута на секции геополитики. Но подготовленная резолюция о положении русских в Прибалтике, Средней Азии и Казахстане даже не была рассмотрена. И до того наши бонзы разогрелись на конгрессе в пользу защиты всего русского, что не заметили, как президент России ликвидировал Министерство по делам национальностей, не создав ничего взамен.
Д.А.: Да, мы считаем, что в структуре российской исполнительной власти должен быть орган, целенаправленно отвечающий за то, как живут не по своей воле отрезанные от России миллионы русских. Правительственная и Думская комиссии по этим делам – в современных условиях их явно мало. Возвращение русского народа на подобающее ему место в мире – не дело только меценатов и доброхотов, проводимое в свободное от основной работы время.
Взять хотя бы последний, ныне действующий вариант Закона о гражданстве России. Отдельные его нормы могли родиться, конечно, только в свободное от основной работы время. Когда еще можно было додуматься, что человек, родившийся в России от русских родителей, который откликнулся на призыв Родины, поехал по комсомольской путевке возводить Молдавскую ГРЭС в Приднестровье и не принял гражданства никакого государства, сегодня оказывается приравненным к новозеландцу неизвестного происхождения. И тот, и другой могут получить гражданство России только через обращение к президенту России после многомесячной волокиты.
Только серьезная структура в системе исполнительной власти может войти в детали и особенности существования соотечественников в той или другой стране. Вот Россия выделила учебники Молдове и Приднестровью. Две трети Молдове, треть Приднестровью. Я не знаю, как эти учебники могут пригодиться в Молдове. В отличие от Приднестровья, где продолжает действовать российская образовательная система, в Молдове произведена катастрофическая для русских переориентация в образовательном стандарте – на румынский. И там одними учебниками делу не поможешь. В то же время Россия выделяет для русских Молдовы квот для поступления в вузы в 20 раз (!) меньше, чем выделяет Румыния бессарабским молдаванам.
Посмотрите, что происходит в Казахстане, в Прибалтике. К этим государствам впору самые жесткие санкции применять за дискриминацию русских. А вот в Киргизии приняли русский язык в качестве государственного. Эта азиатская республика показала себя более цивилизованной, чем Украина или Молдова, расположенные в центре Европы.
Л.Л.: К слову сказать, поразительную непоследовательность проявляют в новодельных государствах СНГ и Прибалтике. С одной стороны, явно лакейски прозападную ориентацию держат. Но вот двуязычие допустить считают смертельным для себя. Хотя на Западе (да и на Востоке, и на Юге) этого не боятся. Во второй по территории стране мира Канаде два государственных языка. В одной из самых маленьких стран - Швейцарии три государственных языка. И швейцарцы не боятся попасть в зависимость ни от Германии, ни от Франции, ни от Италии. В Сингапуре – четыре госязыка. Почти вся Африка в качестве государственного приняла язык другого континента - английский или французский. Латинская Америка говорит на испанском или португальском. Два государственных языка в Бельгии, Ирландии, Люксембурге, Финляндии, Афганистане, Индии, Ираке, Кипре, Пакистане, Филиппинах… В Приднестровье три государственных языка. И это блестящее решение не разъединило, а напротив, сплотило народ республики. Ставить суверенитет в зависимость от языка научились только в СНГ и Прибалтике.
Я думаю, дискриминация русских отражает просто страх перед неумолимой исторической реальностью нового объединения народов в составе Великой России, когда жернова мировой истории перемелют опереточные государства и наступит момент личной ответственности за содеянное зло. Вы верите в то, что Приднестровье рано или поздно войдет в состав России?
Д.А.: Убежден, Россия возродится, соберет под своим крылом народы, в том числе, и народ Приднестровья, и народ Молдовы. Мне, священнику, может быть, легче других жить с этой верой. Потому что, хоть и разрушен Советский Союз, но единая православная церковь не разрушена, она духовно объединяет людей всей Великой России. Мы чада единого патриархата. Наша церковь едина. И не случайно, что работу по собиранию русских людей все активнее берет на себя церковь. И в Молдове, и в Приднестровье возглавляют это движение священники. А смотрите, что произошло на Украине. Церковь пропустила этот процесс – и новые русские общины кинулись в язычество, в какое-то солнцебожие, в какие-то Ярилы. И язычество, и яростные попытки расколоть православную церковь, что мы наблюдали и в Молдове, и на Украине в последний год, – это тщетные усилия воспрепятствовать русскому возрождению и объединению народов.
Пора собирать народ, укреплять его духовные силы. И в этом мы не одиноки. С нами вся настоящая русская интеллигенция, с нами – все здоровые духовные силы России. Союз писателей провел в Приднестровье памятный выездной пленум и оказал нам огромную моральную поддержку. Думаю, что и мы – писателям. Никогда не смолкает слово русских писателей в поддержку Приднестровья. Особенно хочется отметить в связи с этим организаторскую работу В. Ганичева. Заметно откликается на наши просьбы Союз художников России.
А вот от российских политических партий, даже самой патриотической и державной направленности, мы не видим никаких реальных дел в работе с русскими соотечественниками за рубежом. Да и наши местные партийцы прежде всего хотели, чтобы Союз был чем-то вроде их придатка. Мы всем им отказали, и я считаю это большим нашим достижением.
Л.Л.: Нам всем еще предстоит перешагивать роковой рубеж русского беспамятства, апатии, стряхнуть зомбирование. В известном смысле нам всем еще только предстоит стать русскими. «Стать русским – значит перестать презирать народ свой», - писал еще Ф. Достоевский. Стать русским – значит, прекратить самоуничижение, самооплевывание и пресмыкательство перед Западом. Казалось бы, это так естественно – себя уважать. Как дышать. Для любой нации. Но для русских это стало фундаментальной многовековой проблемой. Татарин не сочиняет и не разносит грязных анекдотов о татарине. Американец не сочиняет и не разносит хулу на свою страну. Более того, еще и накостыляет тому, кто дурно отзовется об Америке. И только русские с радостью самобичующихся скопцов разносят мерзости о своем народе, мажут грязью свою страну, свою Родину.
Значительный вклад русских приднестровцев в русское возрождение я вижу именно в том, что они четко определились в главном: все проблемы не вне, а внутри нашего русского народа. И что они взялись за главное – выстраивание внутреннего морального и духовного стержня нации, укрепление оптимистической веры в ее расцвет.
И еще радует: отцу Дионисию всего 26(!) лет. «Молодые капитаны поведут наш караван»…
Лев Леонов.
«Советская Россия», 24.01.2002 г.