КАТЕХИЗИС РУССКОГО В РОССИИ

 

 

        Его большую, благородную, великолепную  отчизну

 какой-то скучный шут погубил ради красного словца,

 и это он  простить не мог.                                                                                                                                    

                         В.Набоков. Бритва.

 

          Первоначально этот текст назывался “Заметки на полях”. Дело в том, что когда я читаю книги, нужные для работы (а для развлечения читать теперь уж почти и не приходится), передо мной лежат два листа бумаги. На один выписываются цитаты, на другой - мысли по поводу прочитанного или просто пришедшие в голову во время чтения. Что-то из всего этого входит потом в очередную статью или книгу, а что-то остается до поры втуне. В последние годы все реже удается работать над литературо- и искусствоведческими темами, все чаще приходится над политическими. Что делать: я из рода воинов, таков сегодня мой фронтовой долг. И вот постепенно набралось немалое количество заметок, в особенности по русской теме. Перечитав их, я понял, что из этой мозаики складывается нечто целое, цельное.

          Катехизисом называется изложение какого-либо учения в форме вопросов и ответов. Вопросы в данном случае остались за рамками текста. Поскольку все они в общем-то известны. Все они не дают нам покоя. Рано или поздно их задавал, или задает, или будет задавать себе каждый русский человек, ибо эти вопросы ставит перед ним сама жизнь. Это самые острые, самые больные, самые насущные вопросы  нашего национального бытия.

          В “Катехизисе русского в России” - только ответы. В сумме они составляют систему взглядов, которая, как мне кажется, может называться современным русским национализмом.

 

*     *      *

 

Читая книгу: “Русский народ: историческая судьба в ХХ веке”

 

     Владимир Соловьев в работе “Национальный вопрос в России” пишет: “Истинный патриотизм требует не только личного, но и национального самоотречения”. Ну и ну! Что ж, по этому пути мы шли долго, даже слишком. Результаты налицо. Сыты по горло таким мировоззрением.

     Как великолепно отвечает на эту самоубийственную психолого-фило-софскую извращенность - А.Ф.Лосев! С каким достоинством, с каким смирением! “Веления Матери-Родины непререкаемы. Жертвы для этой Матери-Родины неотвратимы. Жертва же в честь и во славу Матери-Родины сладка и духовна. Жертва эта и есть то самое, что единственно только и осмысливает жизнь... Нет, побороть противника не ради себя, и не ради своей идеи, и даже не ради только ближнего, а ради самой Родины - вот где подлинное осмысление всякой человеческой борьбы против зла” (Родина. - См. в кн.: Русская идея. М., 1992, с. 423).   Лосев видел все, что случилось с Россией после Соловьева, оценил и осмыслил весь наш крестный путь в ХХ веке. Он не мог не дать переоценку “соловьевщине”, не преодолеть ее философски. Не умозрительное прекраснодушие, а проницательный ум философа-ана-литика продиктовал ему эти строки, поверенные личной жизнью и жизнью страны, страданиями, испытаниями, выпавшими на нашу общую и его личную, неотделимую от общей, долю...

 

     Патриотизм без национализма - есть нонсенс; это компромисс, пригодный только для космополита или полукровки, не способного определиться, не имеющего разума и воли для осознанного выбора.

 

   С. 34. Очень тонко: связь славянской территориальной общины (с ее обычным правом) - и Нового Завета, “благодати”, ориентированной, в отличие от ”закона”, “на равенство всех народов и всех сословий и акцентирование внимания на нравственные правила общежития”.

     Да, Новый Завет, в противоположность Ветхому, пришелся славянам по душе, по обычаю, по вековым традициям. Это слияние, сплав менталитета и религии, обладало большой прочностью, так как обе стороны опирались друг на друга, закрепляли друг друга.

     Вот важнейшая мишень для критики.

 

     Славянские общины - территориальные, а не кровнородственные. Отсюда: высокая ассимилятивность, отсутствие импульса к национальному господству, подавлению, истреблению, слабость индивидуального начала (члены территориальных общин не имели имен, в отличие от членов общин кровнородственных).

     Но в нас есть и другой - не славянский, а собственно русский! -компонент! Их нужно уметь противопоставлять. Долой митрополита Иллариона! Да здравствует “Слово о полку Игореве”!

   Русские - воины-профессионалы, кровнородственные общинники, княжеские дружины - пришли к славянам как защитники, как добрые, мягкие правители, организаторы совместных походов. Это был симбиоз. Их соединение - органический сплав прирожденных господ (с ярким осознанием личности и судьбы) - и собственно народа (со столь же акцентированным неразличением личности, отсутствием чувства рока и мирным настроением, незлобивостью, пассивностью и склонностью к ассимиляции).

 

   Национализм аристократичен. Национальная элита - естественно националистична, ибо не может не испытывать любви и благодарности к породившему ее этносу, к плоти и крови своего народа.

 

   Секрет русской социальной розни в том, что крестьяне и дворяне в России - суть не только представители разных классов, но и потомки разных этносов: славянского и русского.

 

   С. 41. Российская империя служила “фактором, объединяющим и цивилизующим народы” до тех пор, пока цивилизованность нерусских народов не достигла уровня, делающего для них ненужным, излишним объединение. Взяв от нас все, что было можно, они почувствовали себя равными, такими же (а то и лучше) - и немедленно отделились. То, что мы цивилизовали народы империи, СССР, - величайшая и непростительная ошибка. Отныне мы можем удерживать только силой и только тех, кто не вполне идентифицирован, или недостаточно монолитен (башкиры), или боится потерять защиту (осетины), или некуда деться, территориально заблокирован (татары). Вот так-то!

 

   Когда-то на наши земли занесло финно-угорские племена. Так что ж теперь: выделять их в отдельное государство? Депортировать на этническую родину? Да нет же: пусть живут, как жили, в нашем лоне, только пусть не выпендриваются.   

              

   С. 45. “Имперская идеология не была русской, она была российской”. Вот именно потому-то нам ее больше и не надо.

 

   Почему никогда всерьез не поднимался “русский вопрос” в России? Польский - сколько угодно. Еврейский - набил оскомину до рвоты. Кавказский обошелся в шестьдесят лет войны и сейчас не сходит с уст.

    А ведь русским зачастую жилось хуже, чем другим! Тяжелее!

  Безропотность крепостных? (Пу-гачева не поддержала центральная Россия, зато шли с ним башкиры, калмыки.)

   Почему только декабристы - узкая группа ярых русских националистов - подняла этот вопрос? (Сравнивая положение русского народа - с народами Европы, с финнами, прибалтами, поляками.)

    Впрочем: была борьба Ломоносова с Шумахером.

    Суворов, Румянцев - против пруссачества в армии.

    Грибоедов, Пушкин - против галломании.

    Но почему не возмущались русские бояре, воеводы появлению татар при дворе? Казанских, касимовских, сибирских? Ведь это же вековые враги?!

    Откуда это миролюбие, смирение, кротость, черт бы их побрал?!

    Может быть, наше самосознание просыпается только, когда на нас наступают? Как немцы на Ломоносова? Или дело в том, что немцы, французы (словом, европейцы) задевают в нас комплекс неполноценности, а татары, черемисы, мордва и проч. - как раз наоборот?!

 

    С.46. Цимбаев: “Основной принцип Российской империи - деление социальное, сословное, а не национальное или религиозное”. “Политическая сплоченность верхних слоев российского общества, наличие у них выработанного столетиями исторического... сознания”.

    Вот потому-то большевики и уничтожали первым делом национальные элиты. Вот потому-то победа классовой солидарности и обернулась для нас национальной катастрофой.

 

    В чем причина низкого, неразвитого этнического самосознания русских? Как это исправить? У каких народов России сегодня столь же неразвитое этническое самосознание? Как это закрепить?

 

    Николай Первый повел политику русификации окраин, насаждал православие и народность (русскую). Но ведь то же самое предлагал и Пестель в “Русской Правде”: все будут “русскими”, все православными. Значит: пришло время!

    А почему именно тогда, ко второй четверти Х1Х века? Умножилось наше племя, закрылась брешь, пробитая расколом. Появились силы.

         

    А может, у нас уже просто нет другого выбора, кроме империи и “российской” нации?

    Нет сил сохраниться и выстоять на всем пространстве России?

    А Лебедь, Чубайс, Гусинский с Березовским, Шаймиев (кто еще там?) суть прорабы новой империи - еврейско-русской-татарской? Многие в такой поворот впишутся. А мы?

    Вот он, главный вопрос: могут ли русские вернуть и удержать абсолютную гегемонию в России? Или, пока не поздно, создать, все же, “Республику Русь”?

    Так или иначе: империя - враг русского народа.

 

    Азербайджанец в деле предпочитает опираться на азербайджанца; чеченец - на чеченца; еврей - на еврея. Это - нормальная капиталистическая практика.

    А русский?

         

    Левым в конце Х1Х - начале ХХ вв. удалось “загнать” русский национализм в “резервацию официоза”. И этим лишить доверия, бесповоротно его погубить в глазах интеллигенции, в целом оппозиционно настроенной.

    Сегодня все наоборот: национализм русских - сам резко оппозиционен и гоним, его антиправительственный пафос невозможно скрыть. Это важнейший фактор его общественной привлекательности.

 

    Подъем национализма неизбежно связан с двумя вещами:

    1) подъем национального, в первую очередь, промышленного, капитала;

    2) вытеснение в политике и экономике инородцев и полукровок, в том числе, с помощью квартеронов.

 

    Россия Романовых заглотила такие национально монолитные куски, которые не смогла переварить: Кавказ, Закавказье, Туркестан. А Сибирь, Башкирию, Дальний Восток - смогла. И татар бы переварили, если бы не надорвались, не подорвались на тех трех минах. И казахов..

 

    Хоть бы кто-нибудь внятно, с цифрами, объяснил мне, зачем России Чечня! Стоит ли она той цены, что мы за нее платим?

 

    Инстинкт - в том числе, племенной, кровный - дан нам Природой. Уже поэтому он всегда прав, ибо всегда нравственно чист, как любой инстинкт. Попытки же извратить его, накинуть на него узду и шоры - могут быть продиктованы общественной пользой или политической необходимостью, но не имеют ничего общего с моралью.

 

    Святослав мне никак не менее близок и дорог, чем Владимир Святой. Более того, в поступках и характере Владимира мне нравится далеко не все, а у Святослава - все, кроме пустозвонного “иду на вы”.

    Посмертная судьба Владимира в лоне православия один к одному подобна истории “благоразумного разбойника”.

 

    Когда-нибудь филологи составят антологию: русские деятели культуры о евреях. Эпиграф, весьма противоречивый, придется взять из Пушкина: “А, приятель! Проклятый жид, почтенный Соломон!”

 

    А если “титульные” будут ...бы-ваться, возражая против равноправия граждан на “их” территории - снять их с дотаций! Пусть жалуются в ООН!

 

    Русских мигрантов надо целенаправленно расселять там, где есть угроза сепаратизма: в Татарии, Якутии, Башкирии и т.п. Верхушку же - интеллигенцию - в университетских городах, особенно там, где на исконно русских землях возникла угроза национальной цельности: в Москве, Петербурге.

 

    Я вырезал гланды вместо того, чтобы и дальше с ними без толку цацкаться и няньчиться. Так же надо удалить из тела России болезнетворные регионы. Их лечить - бесполезно.

 

    С. 271. В республиках к концу Советской власти сложился “кон-солидировавшийся на почве национализма сплав партийно-управ-ленческого аппарата и творческой интеллигенции”. Почему же он у нас не сложился? Почему?

 

    Необходима русификация ВУЗов, армии, милиции. Москвы.

 

    Чужому агрессивному национализму нелепо противопоставлять право (например, Конституцию), обычай, мораль и даже войско, вооруженное этой абстрактной демократической дребеденью. Что из этого выйдет - показала чеченская война. Надо противопоставить только свой такой же национализм.

 

    Мы, русские, - во всей России “коренные”. И, между прочим, “титульные”.

 

    С. 273. Верная мысль: перепроизводство интеллигенции, высокая конкуренция в этой среде способствует именно у нее росту национализма, в то время, как рабочим и крестьянам на это плевать. Чего стоят одни национальные разнарядки на прием в ВУЗы!

 

    Странный Филиппов! Описывает ужасы местного национализма - и при этом “принципиальный противник огосударствления и политизации этничности”! А что же, кроме русского государственного национализма способно укоротить местных националов?

 

    У русских процент интеллигенции сейчас порой ниже, чем у некоторых национальных меньшинств. Это - плохо, в этом одна из причин нашей национальной инертности.

 

    Образование на “национальных языках” - только за счет местных национальных общин, но не за счет бюджета, неважно, местного или общероссийского. Это нужно националам: вот пусть они и платят. А русские - не должны. И стране в целом это не нужно, а то и вредно.

 

    Мы не можем не развивать, не раздувать русский национализм. В противном случае мы останемся беззащитны перед лицом агрессивного национализма нацменов, который уже есть свершившийся факт. Чечня - это лишь пролегомен к битве народов. Наш национальный индифферентизм - главный фактор нашего поражения. Никто сверху донизу - от Лебедя до рядового - не пылал к чеченцам такой священной национальной ненавистью, какой пылали они к нам все, от мала до велика.

    То, что начали чеченцы, скоро продолжат другие.

    Мы должны сыграть на опережение.

    Никакого “общегосударственного подхода к национальной проблеме” больше уже быть не может! Нельзя больше играть по принципу “и вашим и нашим”. Если волки будут сыты, то овец уберечь не удастся; не надо иллюзий.

    Мы не хотим быть овцами.

    Государство, защищающее всех, сегодня враждебно для русских.

 

    Все провалы всех русских националистических организаций были, если верить книге,  связаны с тем, что

    1) не умели опереться на профессионалов;

    2) было много деклараций, программ, слов - и мало конкретных дел. Все утонуло в добрых намерениях;

    3) не сумели достать достаточно денег, не нашли опору в русском бизнесе.

    Думаю, что это еще не все факторы.

 

    Почему КПРФ не сумела взять в союзники ни ЛДПР, ни КРО, ни массу националистических организаций? Потому что в старые мехи не наливают новое вино.

 

    Мы должны пробить и пробьем  информационную и политическую блокаду.

 

    В какой-то мере распад СССР и России - историческое возмездие нам за грехи коммунистов. Разве мы мало сделали для распада империй? Разве “год Африки” не на нашей совести? Разве не мы повсеместно раздували пламя “национально-освободительной борьбы”? Разве не мы активно воевали на всем земном шаре против интересов белой расы? За права “угнетенных” рас? Ну и получили... Возмездие жестоко, но справедливо и поучительно.

    Но таким же будет возмездие и по отношению к тем недальновидным белым народам, которые сегодня прилагают многие усилия для нашего все большего падения.

 

    Был ли я “советским человеком”? Да, к стыду своему, по-видимому, был. Но сегодня я воспринимаю это состояние как некий род гипнотического сна, в который я был погружен со школьной скамьи и от которого быстро и радостно избавился, когда пробил час. И вся прелесть в том, что, находясь в гипнотическом сне, я все же был и оставался русским, и обретение себя, когда гипнотизер скончался и закрыл свое страшное всепроникающее око, было легко и приносило наслаждение, которое испытываешь, когда вспомнишь что-то очень важное, но мучительно не вспоминавшееся!

 

 

 

    Я - русский интеллигент. Я знал это всегда.

    В этой формуле “интеллигент” - видовое, а “русский” - родовое понятие.

    В поиске идентичности я, естественно, обратился вначале к проблеме своей видовой принадлежности, к проблеме интеллигенции. Разобравшись в этом вопросе, я столь же естественно сделал следующий шаг и обратился к русской, родовой для себя проблематике.

 

    Полукровка - есть маргинал, вечный маргинал (если только не найдет в себе сил выбрать одну половину и олицетвориться с ней). Ни в городе Богдан, ни в селе Селифан. Его экзистенциальное состояние неполноценно и мучительно. Может ли он быть творцом? Конечно. Противоречивость показана творческой натуре. Может ли он создать великое произведение? Сомнительно: для этого нужно жить жизнью народа, прилепиться к нему, проникнуться его самобытным жизнеощущением, мировосприятем, - чтобы выразить все это в концентрированном виде и поразить, заинтересовать другие народы. Полукровке это нелегко, хотя в принципе возможно.

    Но может ли существовать государство полукровок? Цивилизация полукровок? Культура полукровок? Нет, не может. Стадо минотавров не договорится никогда о национальном своем мировосприятии: одни будут тянуть сородичей к человеческому, другие - к бычьему.

    “Империя ублюдков” - миф, сочиненный полукровками для себя и таких же, как они сами.

 

    Антикоммунизм и национализм - вот рычаги, которые использовали новые элиты в республиках СССР, чтобы добиться самостоятельности, взять власть и создать этнократические государства.

    Почему эта схема не сработала (к сожалению) в России, у русских? Помешали традиции: а) христианская, б) имперская, в) социалистическая.

    Если традиция, как бы ни срослась она с душой, умом и телом, мешает нормальной жизни, значит надо рвать ее с корнем из души, ума и тела. Иначе - гибель.

 

    Я не сторонник каких бы то ни было автономий: территориальных или культурно-национальных. Ассимилировать, кого можно, а кого нельзя - от тех избавиться.

    Россия - страна русского народа.

 

    Особо - о латышах. Чья бы корова мычала... Их вина перед русским народом, освободившим их от крепостного рабства у немцев, неизбывна. Латышские стрелки на всю Латвию навсегда навлекли проклятие.

 

    Одно дело - преследовать по национальному признаку (этого не нужно). Другое дело - не делиться в нашей мононациональной стране с инородцами властью. Это не одно и то же как с правовой, так и с моральной стороны.

 

    Лимонов за “плавильный котел национальностей” в лице России. Не случайно-де к нам “от феодальных крысиных страстей” бегут грузины, армяне, азербайджанцы, азиаты.

    А нам это надо?

    Они бегут к нам. Так. Но с нами не сливаются! А если сольются - то в очень отдаленной перспективе. Успев основательно размыть наши национальные основы.

    Закрыть “котел”!

 

    Задача номер один - русификация Москвы.

 

    Русской компартии не дали родиться на свет в свое время двое: грузин (Сталин) и еврей (Троцкий). Таков факт. История не лукавит, она все акценты ставит точно, не зная “мелочей”.

 

    С. 150-151. М.Гефтер очень лукав, разбивая русских на территориальные субэтносы типа “сибиряк”. Но ведь так можно сказать, что и евреев нет: английские евреи - не израильские, марокканские - не российские, сефарды - не ашкенази и т.д. Но это не мешает им в высшей степени четко идентифицироваться и держать общий фронт.

 

    К черту Владимира Соловьева, считавшего, что мы всегда действовали “не против других наций, но с ними и для них”, а потому-де должны так действовать и дальше. Не способен к целеполаганию и к изменению себя и своего пути только прирожденный идиот или покойник. Мы - ни то, ни, слава Богу, пока еще, другое.

 

    Кто в Думе, в Моссовете защищает интересы собственно русских? С 1990 г. в ВС РФ была национально ориентированная группа “Россия”. В Пятой Думе был Н.Н.Лысенко. А кто сейчас? Нужна русская фракция.

 

    Включение в систему международного разделения труда является для нас преждевременным, невыгодным. Что мы можем предложить? Кому нужны мы как нация, как народ? Нет, они все хотят лишь выловить лакомые кусочки, а остальное выбросить псам.

 

    Вся история наших отношений с Чечней - попытка прикормить волка, вопреки народной мудрости.

 

    Космополитизм Буташевича-Пет-рашевского. Неудивительно: чего еще ждать от инородца? Ему Россия - не мать, русский народ - ничто. Удивляют родные наши, русские социалисты, призывающие эпоху полного слияния наций: Лавров, Ткачев, Плеханов.

 

    С. 186. В определении нации, данном Бауэром, главный акцент ставится на общей истории нации как формирующем ее начале. Полностью согласен. Считаю, что прав и Герцль, акцентирующий три критерия национальной общности: по происхождению, по современной самоидентификации, по отношению к общему врагу. У евреев вообще вопрос национальной общности продуман довольно детально. Русскому национализму следует взять в разработку все эти аспекты. У евреев можно и нужно учиться. Почему нет? Ведем же мы промышленный шпионаж в странах - потенциальных противниках. Но идеологические технологиии не менее важны, чем военные.

 

    Как бы нам отделаться от нелояльных сограждан - чеченцев, ингушей, тувинцев и др., но при этом навсегда перекрыть все попытки выхода из России русских областей?

 

    Кто защищает интересы русских в России вообще? Есть ли такая инстанция, облеченная официальными полномочиями, куда русский человек может обратиться именно как русский? Как русский, а не просто как гражданин России? Инстанция, озабоченная - по статусу! - проблемами русской нации?

    Такой инстанции нет. Это значит, что мы должны создать ее сами.

    Вот и ответ на вопрос, не нелепо ли заводить русские общины в России, французские - во Франции и т.д. Кстати, французам, по моим прикидкам, очень скоро придется об этом всерьез задуматься.

 

    С. 193. Суть создания “единой французской нации” - интеграция с помощью силы разных народов: гасконцев, пикардийцев, бретонцев и т.д. Это произошло уже после 1789 г.

    А мы? Единая Россия, без новгородцев и курян была создана уже в 16 веке. Русские. А уже затем - распространение единой русской нации вовне: в Поволжье, Украину, Сибирь и т.д. до Приморья включительно.

    Все завоевания 16-20 вв. - это уже завоевания (шире: деяния) единой русской нации. Энергия консолидации огромна и созидательна.

 

    Взяться как следует за Латвию. История ее деградации после 1917 г. Этот жалкий лимитроф так и не вышел к 1939 г. по экономическим показателям на уровень 1914 г. А ее последующий расцвет - ну, как же, витрина СССР, наша “маленькая Европа” - целиком обусловлен советской “оккупацией”. Неизбежность упадка после выхода из СССР.

 

    Если нам предстоит уходить из Тувы и Кавказа, то это должно быть хорошо организованное отступление, дающее возможность использовать выводимые людские и иные ресурсы для концентрации наших сил.

 

    Русский национализм - совершенно новое, небывалое явление. Сегодня именно мы уточняем его параметры. Это делается впервые.

 

    Мы устали от нацменов, от их претензий, от их поборов, от постоянной необходимости с ними считаться, миндальничать, деликатничать. Они нам просто надоели! Их пошлые амбиции, дешевое самокопание, их любование собственным ничтожным историческим прошлым, их косые взгляды в нашу сторону, их недоверие и затаенная обида (надулась мышь на крупу!) - как все это осточертело! Как надоело церемониться с этими в большинстве своем еще вчера бесписьменными Божьими творениями! Давит и жжет мысль о том, сколько мы им всего дали - денег, благ цивилизации, мыслей! Какие возможности им предоставили, оторвав от своих детей и внуков те же блага и деньги! Пусть бы они ковырялись, безграмотные и примитивные, в своих скудных горных каменистых землях, в своей тундре и бараньей степи! Зачем было поднимать их до русского, до европейца?! Ничего, кроме неблагодарности, не получили мы за это!

      Мы не можем и не хотим больше быть имперской нацией!

 

    Да, может быть нам, по стратегическим соображениям, и нужен Кавказ. Но силой держать его мы больше не можем. Мы не должны гробить своих людей, не должны истощать в войне скудный свой бюджет.

     Нам надо - правы А.Солженицын и Н.Павлов - сосредоточиться.

    Политика - искусство возможного. Удержать Чечню - уже невозможно (убежден: и не нужно). А Якутию - возможно, Татарстан, Башкирию - возможно. Секрет прост: удельный вес русских в этих регионах. Вот о чем должна болеть голова у наших рулевых!

 

    Право русского народа на самоопределение в границах его компактного проживания. Русская Россия!

 

    Евреи, чтобы заполучить Землю Обетованную, вырезали под корень, начисто, семь народов, проживавших на той территории, а еще у ряда народов вырезали “всех, мочащихся к стене”, то есть всех особей мужского пола, независимо от возраста. После чего спокойно расплодились и расцвели на завоеванной территории. “И успокоилась земля от войны”, - замечает по этому поводу библейский летописец.

    Интересно, если бы мы действовали подобным образом, стоял бы сейчас вопрос с Кавказом, с Прибалтикой?

    Не надо думать, что то было в незапамятные времена, и все списывать на всеобщую дикость нравов. С Северной Америкой и Канадой господа европейцы в Х1Х веке поступили ничуть не лучше. А ведь это, можно сказать, было вчера!

 

    Проклятая привычка к мирной жизни! “Лишь бы не было войны”. А вот чеченцам - только дай повоевать! Их много на своей земле: вот в чем все дело! Демографическое давление у них высокое, а у нас - низкое.

    Но - и психология! В годы ссылки они резко сократились, но характера не изменили (см. Солженицына, Архипелаг ГУЛАГ).

    Учиться ненавидеть! Учиться желать смерти в бою!

    Неужели самых боевых, лучших русских выбили в войну?

    Правда, сегодня линия фронта проходит, в основном, по банковским проводкам и страницам газет, по экранам телевидения. Но и здесь надо уметь стоять насмерть за свою страну, за свой народ.

 

    Неверно считать, что за суверенитет своих наций на просторах СССР “бились внуки тех, кто в начале нынешнего столетия зажег и потряс-таки мир лозунгом интернационализма”.

    Нет. От тела России отвалились, насосавшись нашей крови допьяна, внуки тех пиявок, что присосались в 1920-е гг. под лозунгом “интернаци-онализма” к нам, обессилевшим от братоубийственной войны. Они всегда преследовали свой интерес! И сколько же они получили от России! Какой скачок свершили за наш счет!

    Октябрь был национальной революцией для окраин России! Антирусской, антироссийской революцией; и она достигла своих целей: окраины процвели, а мы оказались растерзаны. Казахстан, Узбекистан, Туркмения - чем они были и чем стали!

    Страдают, правда, Грузия и Армения: поделом! Они-то цвели в СССР пуще всех. И рвались вон пуще всех!

    Предатели должны заплатить за предательство.

 

    Снова и снова в центр всех проблем: Россия - Русская страна, где компактно или вообще в большинстве проживают русские. Якутия, Башкирия - части России. Там живут еще и якуты, буряты? Ну и что? Пусть себе живут! Кто их гонит? Но никаких привилегий!

 

    С. 259. Сравнить равнодушие русской администрации 1950-х гг., препятствующей возврату незаконно репрессированных, вынуждено переселенных казаков, - с нынешними миграционными службами.

 

    Отличный термин: великодержавный космополитизм!

 

    У нас выросли поколения мигрантов, перекати-поле. Русские в ХХ столетии в огромном количестве были сорваны со своих мест, с насиженных гнезд. Потеряли чувство малой родины, стали “советскими”. (Мой пример: детство и юность, с 5 до 18 лет, провел в Калининграде, в Прибалтике. А отец, штурмовавший когда-то этот город, в нем и умер в 1993 г., там его именем названа улица.) Хорошо ли это для нас, правильно ли? Любовь, близость к родной земле, чувство полноправного хозяина на ней, “своего”, - что из этого сохранится у человека, несколько раз сменившего место жительства? И кругом такие же, как он, переселенцы кто откуда. Тут уж не станешь разбирать, какой он нации: все приезжие, у всех одна судьба, одни права. С этим злом надо покончить: Россия не Америка, страна мигрантов, русские - не американцы, вселенский сброд.

 

    Западная Европа и Америка ненавидят нас, как ненавидит небогатый, трудящий и завистливый человек - дурака за его дурацкое счастье.

    Наши природные богатства губят нас так же, как погубило золото и серебро заокеанских провинций - Испанскую Империю. Как погубил дешевый хлеб южных провинций - Империю Римскую.

 

    Бердяев пишет: “Всегда в русской душе боролись два начала: восточное и западное”. Всегда ли? Не есть ли это результат все более обстоятельного знакомства русских с Востоком и Западом, начиная с 13 века? И не был ли наш народ более цельным и самобытным во времена Святослава и ранее? Интересно было бы пробиться к этой самобытности, поизучать ее.

 

    Интересно, а что в мордвине - такого уж мордовского, нерусского? Никогда не замечал.

 

 

Читая книгу Г.Ф.Хохрякова “Русские, кто мы?”

 

    Мерзость эгоизма. Сталинщина и ее неумная хрущевская ликвидация породили поколения жутких эгоистов, думающих только каждый о себе. Сегодняшний бунт безумного индивидуализма - результат. Страна может этого просто не выдержать.

 

    Народ, как это ни странно, оправдывает гигантские жертвы сталинской эпохи. Ибо - да, были жертвы, но было и величие! Был подвиг, было стремительное, мощное развитие.

    Готовность к самопожертвованию - прекрасная и удивительная русская черта. Вот судьба моего отца. Его отец, мой дед, был расстрелян по сфабрикованному делу, когда папе было всего семь лет. Рос в людях, тяжелое, полное лишений детство, Башкирия, откуда мать вывезла его едва живого, Туруханск... Но он ушел на фронт добровольцем, обманув приемную комиссию, прошел всю войну, раненый, контуженый, обмороженый, вернулся с тремя орденами, с медалями, учился на физика, но после окончания первого курса был отчислен под надуманным предлогом: был-де за границей (это с действующей-то армией! из-за отца, конечно), поступил в Мосрыбвтуз, стал судостроителем с мировой известностью, вкалывал всю жизнь, не щадя себя и окружающих. Мне он говорил: “Надо найти в жизни то, что выше тебя, и служить этому”. Таким объектом служения были для него отчизна, народ, человечество (имен-но в такой последовательности). Знал ли он о лагерях, репрессиях? Еще как. Знал и о своем отце, тетка рассказала уже после войны. Но предпочитал не думать об этом, не отвлекаться от Дела, служить ему, несмотря ни на что, ни даже на свои потери, раны и обиды.

 

    Трагедия всех постиндустриальных наций - исчезновение народа. “Машины съели людей”, как некогда “овцы съели людей”. Деревни исчезли. Со своим укладом, традициями, со всем тем, что делает народы непохожими друг на друга, интересными.

 

    С. 16-17 и др. У Хохрякова (но это не его “заслуга”) - особый акцент на нерусских корнях некоторых выдающихся русских людей.

    Полемизировать с этим - обязательно. Пора покончить со спекуляциями на теме нерусского происхождения Пушкина, Лермонтова, Даля и т.д. Да, мы принимали всех на своей земле. Но русская Среда, русский быт, русская история и религия, русский национальный характер - все это формировало русскую душу у детей из смешанных браков, у маленьких метисов. Они росли среди русских деревень, у русских нянек на руках, под русские песни и сказки, среди русской дворни. Воспитывались в русских корпусах и пансионах у русских педагогов. Перенимали все русское. Растворялись в русском. А те, что не растворялись (Корф, Нессельроде), так и остались в памяти народа как чуждые и недоброжелательные постояльцы.

    Левитан, Антокольский (скульп-тор), полукровка Серов - какая полная, абсолютная духовная ассимиляция! Разве есть в них что-нибудь от инородца? Что в них еврейского?! Разве хоть малой малостью противопоставлены они ок-ружавшей их русскости? Разве лучшие персонажи Антокольского - не герои именно русской истории? Разве его шедевр - “Христос перед судом народа” - не ослепительное обвинение именно еврейству? А русские пейзажи Левитана? А Даль? Хоть кто-нибудь слышал, как он выпячивал бы свое датское происхождение? Он и псевдоним-то себе взял: “Казак Луганский”. А Фонвизин, о котором Пушкин сказал: “Из перерусских русский!”? Про самого Пушкина, Лермонтова, Жуковского и говорить нечего. Свои корни знали, изучали, но считали себя русскими. И были русскими. Полиэтничность - наша историческая черта от века! Отлучать русского от русских за то, что в его крови -”примесь”, - глупо. И не считать его русским глупо.

    Но нельзя забывать: было ведь, с чем ассимилироваться! Была могучая глыба, притягивавшая мелкие камешки. Была - СРЕДА! И мощная преобразующая сила этой среды - живого, своеобразного, деятельного и ярко духовного народа. Эта среда была активна, она воздействовала своим обаянием на душу инородца, формируя ее у детей, но порой даже переформируя, заново создавая ее у юношей и взрослых, вырывая их из первородной, традиционной для них среды. Какая силища! Какой восторг!

     И где все это сейчас?

    Ту ситуацию не сравнить с сегодняшней. Самое страшное - “слепое, рабское, тупое подражанье”, утрата национальной самости, того, чем так дорожат как раз-таки сегодня инородцы: чеченцы, эстонцы, евреи...

 

    Хохряков путает. Действительное, обусловленное всей историей, представление о русской нации (особенной, отличной от других) не совпадает с тем объемом понятия “русский”, который сложился на узенькой полоске истории, на рубеже ХIХ-ХХ вв. в условиях имперского “смешения языков”.

    Национальный фактор - не просто существенный, а определяющий. Любые попытки представить его несущественным, подменить национальные проблемы - экономическими и политическими, обречены на провал и чреваты кровавыми конфликтами.

    Но Хохряков, судя по книге, - человек прежнего поколения, советский, глубоко отравленный интернационализмом. Он вырос в уральском русско-татарско-немецко- еврейско- ко-рейско- башкирском поселке, рабочем пригороде, где вновь повторилась ситуация “смешения языков”. У него просто оказалось отбито национальное чутье. Даст Бог, восстановится заново в новых условиях.

 

    Поражает утрата русскими способности к индивидуальной защите  от агрессии инородцев - например, ингушей, чеченцев. Кто из наших взял там в руки оружие, чтобы защитить свой дом? Где дружины? Где ополчение? Сколько ушей у чеченских боевиков отрезано лихими казаками-лазутчиками? “Охотниками”? Вот то-то...

 

    Если не хватает хороших русских ребят, то выдавать русских дочерей за полукровок можно и должно: в детях будет уже 3/4 русской крови, они будут наши. Воспитанные русской матерью, они не потянутся к своей “четвертинке”, не примут ее за “целое”.

    Но вот жениться на нерусских девушках, выходить замуж за чистокровных инородцев - не следует. Пора закрыть “плавильный котел” и заняться перевариванием того, что в нем набралось. Иначе рискуем потерять самих себя. Критическая точка близка.

 

    Наша всегдашняя дилемма: несвободные в независимой России или “свободные” в колонии. Что хуже: тираническая власть своих или безжалостная эксплуатация чужих? Свой деспот или иностранное владычество? Этот маятник качается вот уже 800 лет.

    Сегодня мы вновь перед тем же выбором. Вкушаем прелести колониального существования. Ждем диктатора. И, кажется, дурман сомнений уже проходит. Мы останемся верны традиции.

 

    У меня нет никакой надежды, что русское движение пойдет из провинции на Москву. Все они живут отголосками московской умственной жизни, все питаются нашими газетами и ТВ. Национальная революция должная совершиться вначале в столице, здесь. “Битва за Москву”.

 

    О важности идеологии. Победы Наполеона были осуществимы и прочны в странах, отравленных идеологией Просвещения, идеалами свободы, равенства и братства, но они не состоялись там. где эти идеи не пустили своих корней: в России и Испании.

    Идеологическая кампания - целенаправленная, длительная, мощная - должна, как артподготовка, предшествовать любой социальной битве, любой войне. Запад разгромил нас вначале идеологически и только потом - физически, фактически.

 

    Тонкое замечание о связи миссионерства и мессианства - с имперским строительством. Великой Империи должна соответствовать Великая Идея.

    Не случайно я выступаю против того и другого.

 

    Реформа Никона была сильнейшим покушением на национальный характер веры и души русского человека. Она была направлена против национального своеобразия нашего. Уникальность русского православия, исторически сложившаяся, пострадала сильно, непоправимо. Заметим, что сегодня предпринимаются большие усилия по возрождению именно никонианства, да еще в максимально экуменизированном варианте! А надо бы, если уж говорить о национальной реабилитации, - возрождать старообрядчество.

 

    Ермак, со своими 840 товарищами покоривший Сибирское ханство, куда более великий исторический герой, чем Батый, пришедший на Русь с несметными полчищами. Наше историческое возмездие татарам не только справедливо, но и величественно, и чудесно.

 

    С. 30-31. Относительное угнетение русских - неотъемлемая составная часть имперской политики, что при Романовых, что при Советской власти. Инородцы всегда дышали легче. А мы всегда расплачивались за территориальные амбиции наших нерусских владык.

 

    Неверна посылка Хохрякова о том, что изначально-де “русский” понималось как “государственный”, а не этнический. Поэтому-де калмык или еврей, состоящий на государственной службе и проводящий в жизнь государственный интерес, якобы - тоже русский. Автор не раз возвращается к этой теме и все невпопад. Недопустимое упрощение и недооценка этнического фактора.

 

    ”Лучше нам быть убитыми, чем полоненными от поганых татар”, - слова Пересвета перед Куликовской битвой. Отношение брезгливой ненависти к врагам-инородцам, врагам-иноверцам - было!! Это чувство было массовым, оно объединяло русских людей, было им всем понятно.

    А сейчас, сегодня назови я не то что американцев, но даже чеченцев “погаными”, - на меня посмотрят с удивлением: чем это они хуже нас? Такой же человек, хотя и враг. Демократическое сознание убийственно для нации. Оно не только не помогает ей выжить и победить, а наоборот - обезоруживает.

 

    О настоящем патриотизме: любовь к Родине сильнее страха смерти. Владимир Набоков, юношей увезенный в эмиграцию, втайне мечтал быть убитым в России:

        Но сердце, как бы ты хотело,

        Чтоб это вправду было так:

        Россия, звезды, ночь расстрела

        И весь в черемухе овраг!

 Мой дед, офицер-белогвардеец, именно так и поступил: вернулся из Константинополя в Россию в 1922 г., промаялся здесь девять лет почти без работы (рано или поздно всплывало прошлое, и его увольняли) и был расстрелян в 1931 г. как “главарь контрреволюционной террористической организации” (я читал его дело, оно сфабриковано на пустом месте). В свое время я не понимал: зачем он поехал на верные мучения и смерть, да еще жену молодую с собой повез, да еще сына родил... Теперь понимаю: он просто любил Россию очень, не мог без нее. И таких было немало.

 

    “Не щадить живота своего!” - мало кто сегодня в этом “изнеженном племени переродившихся славян” способен на такое. Уж не маменькины сынки, индивидуалисты и эгоисты из однодетных семей!

    Утрачено чувство огромной массы, которая может навалиться “всем мiром” и задавить кого угодно. Утрачено чувство неисчерпаемости людских ресурсов, позволяющее кидать отряды на колючую проволоку под пулеметы. “На мiру и смерть красна!” - забытое изречение (нет того “мiра”). Гуманизм и демографический кризис (затяжной, переходящий в катастрофу) идут рука об руку, убивая нацию, убивая страну! Они катализируют друг друга: чем мы гуманнее, тем малодетнее, щадим женщин, да и себя. Чем меньше нас, тем больше цацкаемся с отдельной личностью, которая, естественно, начинает так любить себя, единственную, что не хочет обременяться ни родительскими заботами, ни долгом перед Родиной и нацией. Раньше, когда на одну русскую бабу, независимо от социального происхождения, приходилось в среднем по семь детей, можно было сказать: “Еще народают!” А теперь трясемся над каждым солдатиком. Европа, США уже давно зависли в этом ужасном положении. А Китай? Арабы? Латиносы? Держись, белая яфетическая раса!

 

    Канегиссер, Каплан - это те самые исключения, которые только подтверждают правило. В статистически значимом количестве евреи заняли именно одну сторону и сыграли именно одну роль: палачей русского народа, в первую очередь - русской элиты. А потом и роль новой элиты новой страны.

 

    Воля общины, общества, определяла личный выбор крестьянина: “Как мiр, так и я”. Вследствие этого - некритичость и безответственность обычного человека. Инерция этого сильна до сих пор, хотя “мiра” давно в помине нет: его убило раскрестьянивание и раздельное проживание в многоквартирных домах.

 

    Интеллигенция ныне - не отщепенец, она и есть нация, ее лучшее выражение, ее самые здоровые силы. За 70 лет в условиях отмены сословных перегородок и свободного доступа к образованию все лучшие и способнейшие к тому молодые люди перетекали в класс “лиц умственного труда”. Не понимая природы интеллигенции, не зная ее истории - бесполезно гадать о будущем.

 

    Покончено и с “неотмирностью” русской интеллигенции, с ее мечтой о Граде Божием, о грядущем царстве правды.

    Мы должны быть себе признательны за крах социалистической утопии. Это важный урок. Авось, дури-то и спеси поубавится. Поменьше будем засматриваться на небо, побольше на землю.

 

    Интересно, почему это русский человек, столь беспечный в отношении ближайшего будущего, более всего его касающегося, в то же время так заботился о будущем отдаленнейшем, гипотетическом, возможно, вовсе его не касающемся, - о загробном? Не логичнее ли и в отношении вечной жизни положиться на “русский авось”?

 

     Пафос борьбы и созидания, мечту о светлом будущем всего человечества, свойственные советской эпохе, сейчас не вернуть. Сейчас нужен пафос выживания: вцепиться ногтями, зубами в свою землю - отстоять, не отдать, уцелеть, подняться... И только потом - налиться силой, скинуть кровососущих паразитов - колонизаторов и компрадоров, выстроить здесь, в России, земной рай, недоступный для других...

 

    Мы не пойдем в “открытое общество”. Без России в целом, без русского народа нам там у вас делать нечего. Но и вас к себе не пустим. Россия может быть и будет самодостаточной страной!

 

     Хохряков - историк-самоучка, это, к сожалению, чувствуется. Прочел Ключевского и еще кое-что и вообразил,  что все понял про русских. Это не так просто. Душа у народа растет и меняется, как у всякой личности. Мало знать прошлое: надо уметь видеть настоящее и предвидеть будущее. Без этого - тупой повтор.

 

    Я бы сказал Рахмонову и компании: если вы сами не хотите, не можете себя защитить, то почему это должны делать мы? Или берите на себя основную тяжесть защиты, или мы уйдем. Но учтите, ни один таджик, включая вас самих, не будет допущен в Россию на жительство! Небось, сразу возьмутся за ум...

 

    Это не русские живут в Башкирии, а башкиры - живут в России! (Кстати, 35 % башкир живут вне своей “рес-публики”) То же - татары и мн. др. Не мы в вашей выдуманной стране, а вы - в нашей, настоящей и великой! Так ведите себя пристойно... А Чечню - отделить, и всех без исключения чеченцев - репатриировать в два счета. Вы так любите свои горы, вот и живите там. Другие быстро одумаются.

 

 

Читая книгу протоиерея В.Свеш-никова “Заметки о национализме подлинном и мнимом”

 

    Достаточно прочесть следом - одну за другой - “Русский народ: историческая судьба в ХХ веке” и книгу Свешникова, чтобы выяснилась полная противоположность подлинной науки - и “науки” церковной, подлинного патриотизма - и “православного”, подлинной нравственности - и “христианской”.

 

    Ария Свешникова: “Наш геноцид я убрала цветами”.

 

    “Очевидно, что для любого христианина и, разумеется, русского православного христианина, отношение к еврейскому народу не может определяться антисемитизмом... грех которого должен быть преодолен, особенно, учитывая избранничество Богом этого народа... Еврейский вопрос разрешается на трудных диалектических путях понимания и переживания фактов его избранничества и одновременно предательства”.

    Читающему эти строки становится ясно, почему - увы! - для многих людей, подобных Свешникову, крещеный (а то и некрещеный) еврей - много любезнее и ближе русского неверующего или инаковерующего. Но ясно также, что подобная аргументация действительна никак не в объеме всего человечества, а лишь в узких рамках его христианской части. Какое дело японцу, китайцу, индусу до того, избрал ли в свое время некий Иегова евреев, и предали ли они некоего Христа? Смешно! Они посмотрят с другой точки зрения: принесли ли евреи в прошлом вред или пользу Японии, Китаю, Индии - и чего больше, того или другого. И чего - вреда или пользы - ждать от них сегодня. И завтра. А как же иначе? Для любого человека, чей разум не замутнен предрассудками, ясно: “разрешение еврейского вопроса” может быть только - исключительно! - историческим и политическим. Если, конечно, не стремиться наступать на грабли вновь и вновь.

 

     “Поэтому-то каждый националист и любит свой народ, что эта любовь реализуется как осознание личного единства со всеми в Боге”.

    Да ничего подобного! Мало ли в мире православных христиан? Греки, эфиопы, сербы... Что же это за националист такой неизвестной национальности, находящийся с ними заодно в одном общем Боге? 

    Да и при чем тут “единство в Боге”? Разве мы за это любим свой народ, который, кстати, лишь на 10 % состоит из церковных православных христиан, а на добрых 40 % и вовсе из атеистов? Или мне прикажете любить мой народ выборочно? А если чуток подпустить экуменизма, как это сейчас модно у православных иерархов, то не предпочесть ли в своей любви верующего католика - литовца, поляка, испанца - неверующему русскому? Нет уж, в таком понимании национализма нет ни на грош.

    Для меня все проще: любя себя, своих родителей, своих предков и свою семью, я не могу не питать любви и благодарности к породившему нас народу, не питать горячего интереса ко всем перипетиям его сложной истории, ко всем изгибам его национального характера, всем черточкам национального лица. Мне дорога его судьба в прошлом, потому что это и моя судьба, и судьба всей нашей семьи, хронику которой я составляю для своих детей. Я твердо знаю, что только с моим народом и на моей земле, в России, я могу, хочу и имею право строить будущее для себя, своих детей и внуков. И мой русский народ, со всеми своими достоинствами и недостатками - это моя единственная Среда обитания, вне которой я - не я. Как же мне его не любить? Ни один другой народ не породил бы меня...

 

    “Россия стала Россией, приняв православие. Безусловно, точно так же она перестает быть Россией, отказавшись от православия”.

    Это фактически неверно. Россия была Русью, Русской землей до принятия православия. Она до конца сохранила в себе множество обычаев, верований, бытовых черт дохристианского бытия. И отойдя от православия в нашем веке, она не перестала быть Россией, как не перестал быть русским мой народ. И если она не вернется (а она никогда не вернется в прежнем объеме) к православию, она, в моих глазах, не потеряет ни права на мою любовь и заботу, ни моего сочувствия, не перестанет доставлять мне тревогу в дни беды и радость в дни побед.

    Религии приходят и уходят, а Россия, народ русский - остаются!

 

    “Россия, рожденная св. Владимиром в днепровских водах, открывала миру православную святость своей историей, историей святой Руси”.

    Если мы такие святые, что же это не к нам все ездили учиться жизни, а совсем наоборот - мы ездили призанять ума у других народов? Принесла ли нам эта святость благое устроение жизни, земли? И нет ли под нашим могуществом 18-20 вв. подкладки поматериальнее?

 

    Замечательны вообще эти рассуждения о том, в чем смысл истории русского народа перед лицом Бога, или в чем состоит его “промыслительная миссия”! И они еще упрекают реальных историков за попытки строить научные гипотезы! Но признаем же, что дистанция между мозгом историка и историческим фактом не так велика, как дистанция между мозгом богослова и Божественной идеей, если таковая есть. Пусть заявление историка о том, что он постиг закон истории - есть наглость, но наглость небольшая, простительная. А вот заявление кого бы то ни было о том, что он постиг Промысел - наглость непомерная и непростительная.

 

    Хорошо после амбициозной и неумной книги Свешникова перечитать обращение митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна “Во славу Божию жить для России”, да и некоторые другие его труды. В области национального мышления - такое же расстояние, как и в иерархии: от митрополита до протоиерея.

 

 

Разное

 

    ЦТ, передача “Итоги” (воскресенье 26.01.92). Ведущий - Е.Киселев, эксперты - А.Мигранян (армянин), В.Б.Кувалдин и Л.Гордон (оба евреи). Они рассуждали, как быть с Россией, что ей нужно, чего не нужно. Не спрашивая нас, русских, об этом.

    На другой день в “Известиях” с похвалой отозвался об этой передаче латышский еврей О.Лацис.

    Символ “демократической” прессы - Елена Боннэр, полуеврейка-полуар-мянка, высокомерно поучающая русский народ и русского президента, как им себя вести. (Впрочем, у президента еврейка жена и, соответственно, полукровки - а по законам Израиля евреи - дети.)

    Как хочется сказать им: “Господа, вы рассчитываете без хозяина!”

    А где он, хозяин-то? Спит? Умер? Вышел?

    Старой аристократии не стало. Новая - еще не сложилась. Будет ли она русской?

    Народ обезглавлен.

 

    Наша ситуация уникальна. Мы, русские, поставлены в неблагоприятные условия и должны бороться за выживание не где-нибудь на чужом берегу, как итальянцы в Америке, а на своей собственной земле, в России.

    Этим диктуется необходимость тайных национальных русских союзов: экономического, политического, военного.

    Россию всегда спасали партизаны.

 

    Впору писать “Катехизис русского в России”.

 

    Роль евреев у нас, в русской истории и культуре, противоречива. Не стоит удивляться, что противоречиво и наше к ним отношение.

 

    Ленин: дворянин, отрекшийся от дворянства, интеллигент, отрекшийся от интеллигенции, россиянин, отрекшийся от России и прямой враг русского народа.

 

    Не только пропаганда, а и конкретная деятельность: русский? получи! нерусский? отойди!

 

    Силой евреев можно ограничить лишь там, куда они силой вломились. В культуре, науке, экономике силой делать ничего нельзя.

 

    Христианство перестало уже обеспечивать общественную мораль.

 

    О Ленине: “Не мог щадить он нашей славы, не мог понять в сей миг кровавый...” и т.д. Чем шведско-немецко-еврейский калмык Ленин лучше француза Дантеса? Гораздо хуже. Тот убил только Пушкина. Этот - всю Россию. Случись война (хоть бы Крымская кампания), кавалергард Дантес пошел бы воевать на русской стороне даже и с французами. А как повел себя Ленин в германскую, в “империалистическую”?! Неужто как русский человек? Нет, нет и нет. А как судил он о русской истории? О русском народе, “великодержавном шовинисте”, “держиморде”? О русской культуре? Что разглядел в великом Толстом?

 

    Остров Даманский, за который русская кровь пролита, без боя отдали китайцам. Пусть-ка отделится Хабаровский край: долго ли удержит он берега Амура? Отделись-ка, Приморье: удержите Курилы и Сахалин?

 

    Свято место пусто не бывает. Евреи в 1920-1930-е гг. заняли “экологическую нишу”, оставшуюся после нашей социальной и интеллектуальной элиты. Теперь мы займем нишу, остающуюся после отъезжающих евреев. Не допустить их возвращения! (С их деньгами, с их связями, с их знанием местных условий, “что, где и как лежит”, в особенности - что “плохо лежит”. А “плохо лежала” доныне вся наша земля со всем, что в ней и на ней.)

    Примечание 1996 года: пожелание устарело, опоздало. Они уже владеют в России слишком многим. И задача теперь стоит по-другому: перераспределить захваченное в нашу пользу, вытеснить захватчика.

 

    Не злой умысел, не заговор, а естественный расклад сил. Евреи были естественные противники русской государственности.

    Для них русский народ - всего лишь один из многочисленных народов, с которыми их сталкивала судьба. Русская земля - одна из земель, где им приходилось жить.

    Для нас - единственная.

 

    Немцы - даже те, что ни сном ни духом ни в чем не виноваты - покаялись все перед евреями и продолжают каяться и платить репарации. А евреи перед нами?

 

    Есть две трактовки понятия нации: 1) гражданское сообщество; 2) этническое сообщество. Примирить эти две трактовки невозможно. Либо - “российская нация” населяет Россию (всем сердцем против: рано нас, русских, хоронить). Либо - “русская нация” плюс малые народы и нацменьшинства.

 

    “Внешний рынок”, “мир ТНК”, “международное разделение труда”... Нас всячески тянут туда, талдычат о неизбежности этого и т.д. Зачем нам это?! Чем торговать-то будем?

    Сырьем? Но нам это не нужно. Рачительный хозяин не продает невосполнимые запасы.

    Мозгами? Если не закрыть страну, то большую и лучшую часть вывезут безвозвратно (по моим данным, уже вывезли около трети нашего научного потенциала).

    Рабочей силой? Неумно. Самим нужна для преодоления разрухи и спада.

    Сначала нужно начать производить товар. Для этого нужно вырастить свое производство. Это модно сделать только в условиях внутренней конкуренции. Поскольку внешняя конкуренция нашу промышленность просто убьет.

   Страну надо закрыть!!! Максимально! На данном, сегодняшнем этапе нашей жизни - это ясная необходимость. Коммунистический эксперимент закрытой экономики не дал высокого результата не потому, что она была закрытой, а потому, что была подавлена частная собственность.

   Какова возможная социальная опора для курса на полузакрытую экономику  (а такую политику не сможет осуществить ничто, кроме диктатуры национального капитала)?  Это консолидированная русская нация.

 

    Не только политика, но и экономика - всего лишь производные от социальных и национальных основ общества.

    Распад СССР (а сейчас и России) произошел вопреки экономическим потребностям народов, вопреки экономической целесообразности - только по причине национального фактора. Пора открыть глаза на его гигантское значение в жизни человечества.

 

    Принцип классовой солидарности (а именно на учении о борьбе классов и о компромиссе классов стоит социализм) несовместим с принципом солидарности национальной. По определению. Ну, а национал-бо-льшевизм вообще бред, нонсенс. Социализм в отдельно взятой стране может сложиться только на основе скрытого перераспределения прибавочной стоимости: от “сильных” - “слабым”. На такой основе нацию не консолидировать, ибо “сильные”, чувствуя, что их скрыто или явно эксплуатируют, будут обозлены. А о выделении в обществе такой необходимейшей для его нормального развития части, как элита, и говорить не приходится. Поэтому социализм, как мы видим это на примере развитых стран, осуществим только как национал-социализм, когда население всей страны имеет преимущества - пенсии, пособия, льготы - за счет эксплуатации других стран, других народов. Но для такого “социализма” необходим выход на глобальную арену, во-первых, и высокий уровень развития, достигнутый на предыдущем, капиталистическом этапе, во-вторых. И не просто “высокий”, а намного выше, чем в окружающих, подлежащих эксплуатации, странах.

 

    Говорят, что в основание империи не может быть положена национальная идея. А по-моему, не может быть положена никакая иная идея. В основании России и СССР лежала идея государственно-бюрократическая, противоречащая интересам нации как таковой; и чем все кончилось?

 

    Гитлеру (как и Сталину) еще было кого раскрестьянивать: было кого посылать на убой. Мы уже выпустили всю кровь. Мы не хотим и не будем мыть сапоги в далеких океанах.

 

    По моему мнению, сегодня в России гражданская национальная война может и должна стать партизанской по целям (борьба с временным оккупационным режимом) и по методам.

 

    Довольно смешно и утопично звучат в устах россиян вообще, а в устах русских - особенно, надежды, что Россией будут управлять законы. Как будто люди проспали последние десять лет: неужели не видно, каким правовым нигилизмом заражена страна? Не видно, как право ежедневно попирается на всех уровнях бытия - от Кремля до бани? Я не люблю коммунистов, но при них на моей памяти такого беспредела не было.

 

    Будь у Жириновского отчество “Ва-сильевич”, он имел бы не 20, а 80 % голосов. Как быстро и решительно разворачивается он сейчас от имперской к русской идее! Он чуток политически. Вот только уверенности в том, что он - искренний, нет.

 

    Меня упрекают в том, что я одобряю-де пришествие капитализма, а пуще всего в том, что я пророчу фазу национал-капиталистическую, фазу диктатуры национального капитала, и радостно отмечаю симптомы ее созревания. Так, якобы, проявляется мой “фашизм”.

    Спрашивается, можно ли любить палочку Коха, радоваться ей? Но Кох в день своего открытия, я думаю, прыгал от счастья. Есть радость ученого, постигшего законы своей науки. Радость историософа, понявшего историю, могущего предсказывать.

 

    Почему ничего сегодня в России не выйдет у монарха, у президента, но выйдет у вождя? Потому что у любой партии есть верхушка, контролирующая вождя, с одной стороны, и располагающая армией послушных, связанных партийной дисциплиной исполнителей, с другой. Уроки Сталина и Гитлера, уроки Горбачева - очень важны для современного партийного строительства. И они - будьте уверены - усвоены. Если вождь перестанет выражать волю партии, его просто физически уберут. Он - ответственное лицо, в отличие от президента или монарха, и механизм его ответственности уже продуман.

 

    Право, странно: нас называют “евразийцами”. С какой стати? Евразийство - категория чисто географическая: лежу ногами в Азии, головой в Европе - значит, евразиец.

    А давайте посмотрим исторически! Какие события определяли жизнь, судьбу Европы: принимала ли в них участие Россия? И наоборот: принимала ли Европа участие в событиях, определивших судьбу России? Римская империя, ее крушение, Византийская империя, ее падение, Франкская империя, ее распад, турецкая экспансия, завоевание обеих Америк, Индии, Африки, реформация и контрреформация, религиозные войны, буржуазные революции - ко всему этому Россия не имела никакого отношения! В какой-то степени изменила судьбу Европы наша роль в Северной войне, когда Россия приняла на себя удар грозного шведского агрессора, изменила баланс европейских сил. (Разумеется, мы так же приняли на себя и удар  монголов, но Европа это вряд ли оценила.) Впервые мы реально, всерьез влились в европейскую историю - в Семилетнюю войну, а затем - во время войны с Наполеоном. Такое вхождение в “клуб европейцев” нам очень дорого обошлось.

    Напротив, Европа не раз пыталась влезть в нашу историю, но только так, как влезает вор и грабитель в чужой дом: вспомним Ледовое побоище, взятие Ольгердом Киева, шведские и польские нашествия, ту же Северную войну... Что же касается собственно нашей, русской истории, то в ее основных, определяющих событиях европейцы до Петра не участвовали - разве что бочком, по-воровски, как генуэзцы в Куликовской битве. Татарское нашествие не коснулось европейцев, не сделало их сопричастными нашей беде. Покорение Сибири сказалось только на объеме европейской торговли пушниной. И т.д.

    Иное дело - Азия, вообще Восток. Лавину наших отношений всерьез стронули татары. А далее - покорение казанского, астраханского, сибирского, крымского ханств, Дальнего Востока, договоры с Китаем, благодаря которым мы получили Приамурье, войны с Турцией, Персией, Японией, Кавказские войны, присоединение Казахстана, Киргизии, Туркестана, Грузии, Армении... В судьбе восточных народов Россия за последние 800 лет значила бесконечно много, в судьбе европейцев вплоть до восемнадцатого века - крайне мало.

    Так что кличка “евразиец” - то есть, некий историко-географиче-ский ублюдок, некое “ни рыба ни мясо” во всех смыслах - никак не подходит нам.

    Что же касается культурного аспекта, то почему бы не назвать “евразийцами” американских белых поклонников буддизма, или братьев Гонкуров, открывших современникам японскую эстетику, или японских писателей - Оэ, Кавабату, Мисиму, режиссера Куросаву, пропитанных европейской культурой, пишущих в европейской традиции и добивающихся европейской славы?

    Итак, по своей судьбе, по кровной (родственной) связи, но и по пролитой обоюдно крови, по многовековым сложным отношениям дружбы-вражды, полным искреннего интереса и взаимной необходимости - мы тысячекратно ближе к Востоку, чем к высокомерному Западу, брезгливо отталкивающему, не признающему нас на протяжении всей нашей истории, ничего, кроме корысти от нас не желающему...

    Впрочем, сегодня перспектива наших отношений с Востоком весьма осложнена многими обстоятельствами. Братских отношений не приходится ожидать даже от бывших “братских” республик. Невыгодное сравнение производит их национальная и конфессиональная сплоченность - и наша аморфность, размытость национальной идентификации. (О том, что на практике это сравнение оборачивается для нас смертельной опасностью, во весь голос прокричала чеченская война.) Так надо ли усугублять все это безликим “евразийством”, размазывающим нашу русскость, как манную кашу по белой тарелке?!

    А кто же мы? Да просто русские. Если кому-то неясно, что стоит за этим словом, пусть садится за книги.

 

   Еврейский российский патриотизм идет, оказывается, от П.П.Шафирова, употребившего впервые слово “патриотизм” в своем “Рассуждении о причинах Свейской войны” (1717). Именно он оказался у истоков безнациональной патриотической традиции, развернувшейся уже на нашем веку в грандиозную идеологию великодержавного космополитизма, надорвавшей на осуществлении этих идей силы русского народа и закончившейся грандиозным же крахом, обнажающим всю ее злую абсурдность.

    У нас принято слово “patria” переводить как “родина”, то есть, место рождения, территория. Но в том же восемнадцатом веке русское дворянство культивирует в своих трудах совсем иное понятие: “Отечество”, то есть - земля отцов, со всей исторической преемственностью боли, веры и подвига, со всей судьбой предков, рода русского...

    Большая разница!

 

    В Германии смешались в свое время два движения: национал-социалистическое и национал-капиталистическое. Нельзя не видеть, что все, наиболее отвратительное,  - от первого.

 

    Еще Княжнин заметил, что раб - не имеет отечества. Не отсюда ли низкий уровень патриотизма и национализма современной нашей интеллигенции, унижаемой и эксплуатируемой семьдесят лет подряд, поставленной в положение парии общества, третьесортной группы с нелепой кличкой “прослойка”?

 

    Сотворить некую “идею”, а затем объявить ее “русской” - это все равно, что пытаться навязать всему человечеству некий “всеобщий смысл жизни”, открывшийся однажды лично вам. А между тем на этом стоит вся “классическая” русская философия!

 

    Для чего мы колонизировали некогда Якутию, Башкирию? Чтобы дать им суверенитет, что ли?

 

    Интеллигенция и революция. Митинги, шествия, демонстрации, листовки и прокламации - это инструментарий массовых неинтеллигентских движений. Он морально устарел, для нас мало приемлем.

    Лекции, семинары, страницы газет, журналов, экран телевизора, радиоэфир, суды, вплоть до Конституционного, - вот наше поприще.

 

    Хорошая формула: “Национализм - средство соблюдения национальных интересов и национальной идентичности”.

 

    Русское сознание вполне мирилось с имперской государственностью, пока инородцы жили особняком, не выставлялись со своими претензиями, не мозолили глаза, не вели себя назойливо и нагло. А главное - пока русские были бесспорно доминирующей и активной силой, быстро размножающейся, распространяющей свою, русскую цивилизацию, умеющей себя защитить. Но сегодня-то все не так!

    И сегодня русских тошнит от Империи!

 

    Интеллигенция и революция. Легко идти в революцию всей деревней, всем полком, всей казармой, всем фабричным общежитием, заводским поселком. На миру и смерть красна! Ты всех знаешь, тебя все знают... Все - заодно...

    Но трудно, почти невозможно идти в революцию из отдельной благоустроенной квартиры, из подъезда двенадцатиэтажного дома, где на всех этажах живут чужие, незнакомые люди разных национальностей и разных сословий, живут своей жизнью, каждый в своей ячейке. Кто поймет тебя, кто поддержит? Кто защитит, если в твой уютный квартирный мирок вломится полиция или боевики из враждебной группировки? Многоэтажные города, мегаполисы забыли, что такое роевая солидарная жизнь класса, группы, нации. Мы солидарны только на митингах. Кончился митинг - каждый ушел в свою скорлупу.

    Все это очень обесценивает всякую массовую политическую деятельность и очень повышает значение деятельности индивидуальной. Разум и совесть индивида становятся ударной силой политики. Сделай сам! - вот девиз современности. Не жди приказа. Сам осмысли жизнь и свои проблемы. Определи свое место в незримой беспощадной битве. Вырази - сам! - свое отношение к происходящему. Поддержи, чем можешь, правое дело. Напиши статью, прокламацию; подпиши письмо протеста; убей врага. Если можешь - оружием, не можешь - словом.

    Чрезвычайный акцент на индивидуальной политической деятельности как нельзя более соответствует характеру среднестатистического интеллигента. Что и делает именно его - главной фигурой современной политики и общественной борьбы.

 

    Двадцатый век железным вихрем пролетел над Россией, изменив ее до неузнаваемости. И сегодня многие “доброжелатели”, тыча нас носом в образы былого, не без ехидства пытают у нас: “Да разве это вы? Да разве вы такие? Нет, друзья, русское кончилось. Русские были другими, были да сплыли; русские - не вы, вы - не русские”. Что на это ответить?

    Тех, дореволюционных русских, действительно, уже нет и, видимо, не будет никогда. Такое в истории случалось не раз. Итальянцы - не римляне, греки - не эллины, копты - не египтяне.

    Да, мы не аутентичны тем, старым русским. Но мы - аутентичны самим себе. И мы, во-первых, отличаемся от других наций, а во-вторых, храним немало наследственных, преемственных черт от старых русских, не говоря уж о языке. Не все черты, конечно, но многие. Наверное, в них сквозит и общеславянское, да и всякое другое (мордовское, татарское, да уже и еврейское). Но все равно, в основе мы - русские, и все равно отличаемся и от европейцев, и от кавказцев, и от татар, и от евреев.

    Ну и что из всего этого следует? В четырнадцатом веке, я думаю, русские люди тоже вздыхали об утрате идентичности со своими предками, оставшимися в той, добатыевской Руси. А можно ли представить себе двух более разных русских, чем русский придворный аристократ и русский сибирский старообрядец времен Екатерины Великой? Церковный раскол разделил русских на старых и новых почище Батыя и перестройки. А вспомним наши былины: разве мы не слышим в них постоянных жалоб (типа “богатыри - не вы!”), подчеркивающих пропасть между временем создателей былин и самим былинным временем.

    Да, время и роковые обстоятельства меняют многое в судьбе и душе народа. Многое, но не все! И по этой причине так же, как мы ощущаем глубинную нашу идентичность со Святогором, с Ильей Муромцем и Добрыней Никитичем, хоть нисколько на них и не похожи, наши потомки и о нас, своих прадедах, скажут как о звене именно русской исторической цепи, непрерывной, несмотря на все ее извивы и петли.

    Мы, русские, не остались неизменны? Что за детский упрек! А разве человек, вообще, неизменен на протяжении своей жизни? Не меняется лишь покойник или идиот. А мы - еще живы, черт возьми!

    Однако: где предел изменчивости? До каких пор можно испытывать самоидентичность на крепость и износ? За каким порогом нация исчезает как нация?

    Очевидно, что к некоему критическому пределу мы все же подходим.

    Первый вывод отсюда: “НЕТ” - смешанным бракам!

 

    Разница между Гайдаром и Найшулем только в том, что первый из неудавшихся практиков сел в кресло директора фиктивного, никому не известного и ненужного института, а второй мечтает совершить обратную метаморфозу. Общее: безответственный эксперимент над Россией, исходящий из отвлеченных умствований и абстрактных правил.

 

    Коммунизм - это “демократия бедных”!

 

    Ясно, что каждый вкусный импортный кусочек, каждый сладкий глоточек, красивые ботиночки - все это оплачено нашими ресурсами, нашим будущим, из кармана наших детей и внуков.

    Отрицать это - глупо.

    Оправдывать - подло.

 

    Русским в Таджикистане создают невыносимые условия, заставляют бежать, бросая все? Ну что ж, я не удивлюсь, если кто-то догадается создать такие же условия таджикам в России: пусть себе меняются!

 

    “Проповедь господства одних рас и наций и подавления других”, - это официальная формула “фашизма”, которую собирается узаконить Дума. Браво! Можно поздравить!

    Если эту формулу узаконят, можно будет смело ставить знак равенства между фашизмом и иудаизмом, ибо где же мы еще встретим столь откровенную проповедь превосходства и господства богоизбранной нации!!!

    Ну, а мы - мы и не говорим о каком-то господстве, а в основном - о раздельном проживании. Неграм - Африка, русским - Россия, евреям - Израиль... И о соблаюдении равенства прав (русских) в Башкирии, Якутии, Татарии, Чечне...

 

    Да, в царской России православие было критерием национальности, но это потому, что у массы народов, еще менее развитых, чем русский, национальное самосознание вообще отсутствовало, критерии его не были развиты: калмык крестился - стал сознавать себя как русского.

    Не то у развитых народов, с твердыми понятиями об историческом пути, со сложившимся национальным характером, тем более с провиденциальными замашками: хоть он трижды поменяй религию - остальные компоненты национального состава от этого не дрогнут, не рассыплются. В основе он останетсясамим собой.

 

    Европа входит в новую для себя и зловещую фазу: фазу национального смешения. Они еще не знают, чем это пахнет! Мы эту фазу в ХХ веке уже миновали, она идет к завершению(хоть в чем-то Европу обогнали). Поэтому смешным идиотизмом звучит призыв подражать на данном этапе европейской открытости. У нас другая задача: закрыть котел! Пока приправ не стало там больше, чем мяса. А то получится не отдельное блюдо - суп, а соус к кушаньям чужих поваров.

 

    Космополитизм интеллигенции во многом - производное ее несправедливой эксплуатации при Советской власти, ее подавления, ее исторического поражения в 1917-1921 гг. Княжнин говорил: “Раб не имеет отечества”. Ему вторит Маркс: “Пролетарий не имеет отечества”. Не хотела его иметь порой и крепостная советская интеллигенция, особенно - первого поколения, связанная с идеологией пролетарского интернационализма, а также последнего советского поколения, уравненная Хрущевым и Брежневым по всем показателям с людьми физического труда, а то и поставленная ниже (в социально-политическом смысле - безусловно ниже). Это все не так уж непонятно.

    Национал-капитализм, поставив в жесткие рамки рабочего, возвратит ему в какой-то мере идеологию пролетарского интернационализма (все равно, кто хозяин, лишь бы платил исправно), но голос рабочего уже не будет значить ничего. Зато интеллигенция, чье социальное значение существенно возрастет, а с ним и ее материальное благополучие, неизбежно придет к национализму и патриотизму, и голос ее неизбежно будет определяющим.

 

    Можно поздравить господ законодателей: согласно их определению фашизма, отныне нет более ни истории фашистской Италии, ни истории фашистской Испании. Там не подавляли иных наций и не утверждали господства своей. Браво!

 

    Российский неоимпериализм - официальная идеология патриотической части еврейской диаспоры в России на современном этапе. Это новое  издание интернационала в рамках “одной отдельно взятой страны”.

    Для нас, истинных русских националистов, главным врагом в идеологии и политике является не чей-то встречный национализм (украинский, казахский, адыгейский и проч.), а именно интернационал - в любом обличии.

 

    Русскому человеку бояться русского национализма - все равно, что рыбе бояться воды. Смешны попытки пугать нас этим.

 

    Новодворская интеллигенция.

 

    Гражданское сообщество - это не нация, а население.

    Нация же невозможна без такого компонента, как народ. Есть народ - есть нация. Нет народа - нет нации. Это фаза развития народа.

    Поэтому у Америки население есть, а нации - нет. “Американская нация” - миф, и он уже начинает расползаться на наших глазах под ударами черных и желтых отрядов.

 

    Представтье себе, что в Японии бы взбунтовались айны, повели бы дело к самоопределению и отделению. Что бы мы сказали японцам? Да размажьте вы этих айнов по асфальту! Кто такие эти айны? Что они для человечества?! Японцы - великий народ, их благо существенно для мира. Айны - безвестный народ; не только их благо, но и самое их существование - несущественно, безразлично для мира.

 

    Тот факт, что мы не сформировали свою, национальную религию, во многом объясняет нашу политическую несуразность, несостоятельность, нашу экономическую зависимость. Мы, твердя о “своем особом пути”, все время не идем им и не ищем его, а пытаемся к кому-то примениться, как назойливый недотепа, набивающийся в родственники к приличным людям. “Третий Рим”, “Второй Израиль”, “Петербург” (как же-с! Европа-с!), “Евразия”...

    Да не Евразия, е.т.м., а РОССИЯ! И мы - не евразийцы, и не европейцы, и не азиаты, а РУССКИЕ!

    Хватит заниматься интерпретацией чужих учений - христианства, марксизма и т.д. Хватит искать “самое передовое” на стороне!

 

    Надо ясно и четко осознать и обозначить приоритеты. Для прорыва в постиндустриальное общество, для занятия в нем командных высот, мы должны определить как привилегированный класс - технократию, и все усилия народа направить на создание ей оптимальных условий для творчества.

    Да, крестьянин должен кормить технократов, рабочий - делать для них необходимую продукцию, военные - защищать, гуманитарии - развлекать и дарить восторги, духовные импульсы, будить творческую мысль.

    Все это стократ окупится для каждого!

    Нельзя забывать ни на минуту, что главная производительная сила современности (ясно уже: обозримого будущего тоже) - это наука. А наука - в головах технократов! Уже сегодня она кормит, одевает и духовно обеспечивает человечество, в том числе все тех же крестьян, рабочих, военных и гуманитариев!

    Надо убедить (заставить понять!) все сословия и классы в необходимости первоочередного обеспечения именно технократии всем лучшим, что у нас есть, убедить в естественности ее привилегий и прерогатив. Это - и только это! - подхлестнет эволюцию, направит ее по верному пути.

 

    Национал-социалистам на нынешнем этапе пора определиться: социалистам - налево, националистам - направо.

 

    Русская потомственная интеллигенция в массе создана. Она постепенно вытеснит инородцев.

 

    Ильин пишет: “Гений подъемлет бремя своего народа, бремя его несчастий, его искания, его жизни; и подняв его, он побеждает так, что победа становится... источником побед для всех, связанных с ним национально-духовным подобием. (Ни дать ни взять Гитлер до 1942 г. - А.С.)... Он оправдывает жизнь своего народа перед лицом Божиим, и тем становится истинным зиждителем Родины”. А как проверить: оправдал или нет? Перед Божиим-то лицом? Бог скажет об этом вслух? Даст знамение? Кто подтвердит безответственную болтовню, кто оправдает безответственные деяния “национа-льного гения”? Покажите мне народы, зиждители коих сотворили свои нации на веки веков? Где те народы, что через всю историю пронесли некую неизменную сущность, пройдя сквозь все испытания, побывав и наверху и внизу? Их очень мало в мире, и это, во всяком случае, не христианские народы. Ни римлян, ни византийцев-ромеев, ни многих других великих народов нет и в помине. А вот среди сохранивших себя в тысячелетиях (!) - евреи да китайцы. И нам не учить их, а самим у них учиться надо! В чем их тайна? Каково их секретное оружие?

 

    “Стадно-политический инстинкт”, который не нравится Ильину, который он не признает за патриотизм, - на деле и есть здоровый, природный, естественный национализм. Вас это не устраивает? Вы хотите поспорить с природой, пойти ей наперекор? Она ответит вам так, что не поздоровится.

    Зачем выдумывать себе некий идеальный народ, некую идеальную Родину? По-моему, это свинская неблагодарность по отношению к реальной, данной Родине и народу. “Человек вообще определяет свою жизнь тем, что находит себе любимый предмет, - пишет Ильин. - Именно духовная жизнь есть то, за что и ради чего можно и должно любить свой народ, бороться за него и погибнуть за него. В ней сущность родины, которую стоит любить больше себя”. Ну уж нет! Я смотрю на свою родину и на свой народ открытыми глазами, вижу их достоинства и недостатки и люблю их, какими есть, а не некую эссенцию из них, выпаренную в ильинской лаборатории. Родителей не выбирают, а любят, какие есть. Так же и тут. А если искать себе “любимый предмет”, то есть, соответствующий личному вкусу, то это вполне могут оказаться: чужие родители, чужая родина, чужой народ... Но это уж будет позиция, извините, не русского националиста, а типичного еврея, выбирающего себе место жительства по принципу “где хорошо, там и родина”.

 

    Россия - мононациональная страна, в которой, наряду с русскими, проживают малые народы и национальные меньшинства. Максимум, что мы можем им дать, это национально-культурную автономию и гражданское равноправие. Но никаких льгот!

 

    На первый взгляд, из нас, русских, во многом-таки удалось сделать советских людей. Я помню, как я удивлялся и настораживался, сталкиваясь с отчетливо выраженной национальной “самостью” - еврейской, татарской, кабардинской, армянской, эстонской... Я уже чувствовал себя немножко “всечеловеком”, а тут вдруг такие “реликты”... Как странно! Какие они чудные! Ну надо же - татарка! А по виду не скажешь: голубоглазая, светловолосая. Фамилия только не совсем русская - Салахова. Как сладко было с ней целоваться! Что-то было в этом экзотическое, таинственное, от людей скрытое; все время помнилось: это я с татаркой  целуюсь, а никто и не догадывается!

    Только теперь я понимаю, что “всечеловечество” в моем восприятии значило: “всерусскость”. Это не я перестал быть русским (будучи им неосмысленно, неосознанно, органично), а просто все кругом были своими, “русскими” - а как же иначе! Были, конечно, отчетливо чужие люди - цыгане, кавказцы, азиаты... Расовые отличия бросались в глаза. Ну, к ним и отношение было другое - как к иностранцам, далеко не “всечеловеческое”.

    Что же произошло сегодня? Когда мы вынуждены пристально, настороженно, с подозрением смотреть в лицо незнакомому собеседнику, стараясь угадать в нем черты “ненашего” народа? Какой жестокий, но справедливый урок мы получили! Как оконфузилась идея “всечело-вечности”! Как выказала свою глупость, отвлеченность и самонадеянность! Какой ясной, прозрачной стала простая истина: национальность - одна из главных основ и главных ценностей бытия; национальность - изначальна, соприродна человеку! Ее нужно беречь, пестовать, строить, а точнее - возводить, а если необходимо - реставрировать. С чужой национальностью - считаться, учитывать ее скрупулезно. (Прежде всего, исходя из наших же интересов.) О своей - помнить всегда, носить ее при себе, как детектив носит лупу, смотреть сквозь эту линзу на все, достойное внимания...

 

     Распад СССР поставил нас, русских в рамки мононационального по мировым стандартам (в смысле: моноэтнического) государства. Хорошо ли, плохо ли - это факт. Его надо осознать окончательно и как следует. На роль имперской нации в рамках Советского Союза мы больше не тянем. А Россия в нынешних рамках - не империя. Значит ли это, что мы никогда больше не трансформируемся в имперскую нацию? Нет, не значит; но это зависит от весьма многих факторов - демографического и экономического, в первую очередь. Сейчас же наша задача - сосредоточиться, сплотиться и укрепиться. Значит ли это, что русское национальное государство, как пугает нас теоретик Ю.Бородай, должно заделаться апартеидом? Нет, не значит; но необходимо закрыть “плавильный котел”, взять под контроль удельный вес русских, который должен расти, а не уменьшаться, усилить ассимиляцию физическую и культурную через браки с метисами и квартеронами.

 

    Никонианское православие уже однажды раскололо русских. Сейчас оно пытается сделать это вновь.

 

    Интересно: численность русских падает (с 1979 по 1989 гг. на 1,8 %), а численность “титульных” этносов в тех же (!!) условиях - растет. Как же так? Живем-то в одной стране! Может быть, дело все-таки, не в материалных условиях жизни, как нас пытаются уверить?

 

    Митрополит Иоанн: “Россия - государство русского народа”. Речь ни в коем случае не должна идти о вычленении Русского государства из России. Пусть вычленяются те, кто категорически не согласен с формулой митрополита. А оставшимся будет предоставлено равноправие и национально-культурная автономия.

 

    Нельзя шагнуть из феодализма сразу в социализм. Но нужны этапы: социал-феодализм (было) - переходный этап (есть) - национал-капитализм (будет) - национал-социализм.

 

    Говорят: у сербов внутриэтнический конфликт, конфликт на религиозной почве. Да вы спросите: а он есть, сербский этнос? Они же сплошняком отуречены, у них национальная идентичность смазана, поэтому ее с такой легкостью занял суррогат: идентичность религиозная. Но суррогат - он и есть суррогат.

 

    Араб, негр, живущий во Франции, - не француз; индус, афганец, живущий в Англии, - не англичанин; турок или цыган, живущий в Германии, - не немец. Они не создадут, не разовьют ни францускую, ни английскую, ни немецкую культуру.

    Мы, видя разложение и исчезновение европейской Европы, должны учиться на ее ошибке, должны сберечь наше будущее, должны поставить заслон на этом гибельном пути, должны дать пример и идеал усталому и замороченному демократией европейцу.

 

    Есть русские люди, есть желающие быть русскими (таких нужно поощрять, привлекать), есть нейтрально или дружески настроенные к русским (таким должны быть предоставлены обычные гражданские права, в том числе, избирательные - коренным национальностям, но не тем, у кого есть своя государственность за пределами России), есть враждебно настроенные к русским (от них надо избавиться), есть иммигранты из стран, не входивших в СССР (от них тоже следует избавиться, за редчайшим исключением).

 

    В Афганистане пуштуны молотят узбеков и таджиков. Вот вам и “афганская нация”! Все рано или поздно упрется в национальность - и именно в этническом аспекте этого понятия. Это альфа и омега.

 

    Профессор В.И.Козлов пишет: распространение в СССР русского языка “имело для этно-культурного бытия русских более негативное, нежели позитивное значение. Начавшиеся еще в царской России процессы перехода части иноэтнического населения (особенно в городах) на русский язык как и продолжавшиеся в советское время процессы этнической ассимиляции, размывали контуры русского этноса и не укрепляли, а ослабляли русское национальное сознание, тем более, что среди таких ассимилированных оказалось немало русофобов”.

    К сему небезызвестный М.Берн-штам: из-за несовершенства официальной статистики в 60-70-е гг.  в число русских попала значительная часть населения, которое на самом деле русским не являлось. (Примерно 4 млн чел.) Информация к размышлению.

 

    Немцы вывозили перед войной своих “фольксдойче” из Прибалтики и других стран. Следует и нам это делать - и не только из бывших советских республик, но и из некоторых районов Кавказа и из Тувы.

 

    Плюсы перестройки: распад СССР, демократические свободы, капиталистические отношения, отмена обязательного десятилетнего образования.

 

    Даже в кошмарном сне не пришло бы мне в голову, чтобы я уехал жить в Грузию или Армению, принимал бы там участие в политической жизни, в выборах и референдумах, стараясь повлиять на решение вопросов о том, кто должен править Грузией или Арменией и как грузины и армяне должны жить в своих странах. Это было бы с моей стороны - глупость, наглость, бестактность. Но почему же армяне и грузины, и представители иных имеющих свою собственную государственность, наций, проживающие у нас, в России, принимают активное участие в нашей политике и пытаются определять, какой образ жизни больше подходит русским, и кто должен нами управлять?

    Доколе?!

 

    Оппозиция “националист - патриот” не является в полном смысле слова антагонистической, как считает кое-кто. Не всякий патриот - националист, это правда, но всякий националист - патриот.

 

    Социализм как политическое учение целиком и полностью стоит на плечах идеологии гуманизма - как религиозного (в т.ч., христианского), так и безрелигиозного, атеистического. Поэтому обратимся к сущности гуманизма.

    Эту сущность прекрасно выразил Оскар Уайльд: “Гуманизм противоестественен, ибо позволяет выжить ничтожнейшим”. Ничтожнейшим! Но как может выжить ничтожнейший? Только одним путем: путем добровольной или принудительной экспроприации лучших, достойнейших. И никак иначе.

    Хорошо ли это во всех смыслах, правильно ли это?

 

    Национализм - естественное состояние для национальной элиты в роковой для нации час.

 

    Проживая в сонном царстве - СССР - мы на какое-то время вообразили, что все народы - братья; что казах, чеченец, грузин, украинец, прибалт - брат нам, русским. Но все названные и многие неназванные народы очень доходчиво и убедительно объяснили нам, что это - вовсе не так. И разубедить им нас будет теперь уже невозможно.

    “У России - нет друзей”, - заметил однажды мудрый царь.

    “У русских - нет братьев”, - добавлю я. (Одно исключение - белорусы: мы - единый народ, так считают обе стороны, а значит это и вправду так.)

 

    Народ признал Беловежские соглашения и выход Чечни. Это - свидетельство живого, сохраненного инстинкта самосохранения.

 

    Несмотря на схожесть генезиса, Украина никогда не станет по отношению к России тем, чем стали США по отношению к Англии.

 

    Территориальная огромность и целостность России для меня имеет значение и ценность только лишь постольку - исключительно! - поскольку это территория проживания единой русской нации. Моей нации. Если нация перестанет быть единой, если ее до неузнаваемости разбавят другие народы, если она утратит идентичность - то наплевать мне на территорию!

 

    Мы приветствуем Беловежские соглашения постольку, поскольку они позволили выкинуть из нашей страны присосавшихся к ней как к донору азиатских и кавказских пиявок. Этот процесс надо довести до конца, избавившись от Чечни, Ингушетии и Тувы, изгнав из России хищных инородцев.

    Мы осуждаем Беловежские соглашения постольку, поскольку они разделили русский народ и лишили его ряда законных территорий.

    Мы исправим это.

    Мы воссоединимся с Белоруссией, с Восточной Украиной (может быть, и с Центральной), с Крымом, Новороссией, Южным Уралом, Латвией, Нарвой. На это нужно время и силы. Но это достойная цель. Она осознана. Она будет достигнута.

 

    Слухи о смерти “русской идеи” сильно преувеличены. Но она очень изменилась, переродилась.

    Мы отказались от “всемирности”, “всечеловечности”, прописанных нам соловьевыми  и булгаковыми.

     Мы больше не хотим ни империи, ни великодержавного космополитизма, ни безродного патриотизма. В нас властно заговорил инстинкт самосохранения.

    Мы не воспротивились развалу Советской Империи.

    Мы не хотим держать Чечню (с чеченцами, поскольку без чеченцев - не удастся).

    Мы ясно осознали: Россия - страна русского народа, русской нации, в которой также есть этнические меньшинства (но не нации!). Такова основа новой русской идеи.

    Отсюда и политические лозунги. Капитализм и демократия - это необратимо. Но это должны быть национальные, а не колониальные капитализм и демократия. Мы - не будем колонией.

 

    История это не только борьба классов (Маркс), но и борьба наций. Однако в любом случае - борьба. Никто в сегодняшней России не посмеет это отрицать.

 

    За счет русских субъектов федерации следует дотировать только русские же субъекты. Или точно и конкретно договариваться об условиях политического торга с субъектами нерусскими. Чтобы знать: что мы покупаем у них и почем.

 

    Принимать решение о рождении ребенка должен тот, кто содержит семью. Если кормилец - муж, то он; если жена - то она. Но если оба - то, конечно, муж: ведь мужчина женится для продления рода.

 

    Германия закончила промышленный переворот не в 1890-е, как Россия, а на десять лет раньше. Этих десяти лет России и не хватило, чтобы стать фашистской, националистической, а не социалистической. 70 лет советской власти - это плата за десятилетнее отставание.

 

    Тысячелетняя традиция духовного развития России закончилась для русских в ХХ веке одной большой братской могилой. И ничем другим закончиться не могла, ибо была устремлена в Небо, а не на Землю, к Небесному Отечеству (ап. Павел), а не к земной России.

    Сегодня есть немало “философов” типа Свешникова, Чубайса-старшего, Касьяновой и др., которые хотели бы вернуть на нашу шею все тот же духовный хомут, с тем, чтобы нам уже никогда из братской могилы не выбраться.

    Дудки!

 

    О каком национальном согласии и примирении может идти речь? Между насильником и насилуемым? Между врагом Отчизны и ее защитником? Или, может быть, у России нет внутренних врагов? Или, может быть, мы не знаем, кто они?

    Нет, все не так. Страна жаждет не “примирения”, а справедливого возмездия. И она имеет на это право. И мы - говорим об этом ясно, твердо - осуществим это право, придя к власти. Все, принесшие наибольший вред России - от Горбачева и Шеварднадзе до Чубайса и Гайдара - будут судимы и получат по делам своим: в том нет сомнений.

 

    Надо понимать: если целостность России противоречит целостности русской нации - к черту целостность России! Без территорий проживем, жили же, а вот без самих себя - нет. Если выживем, размножимся, - покорим хоть весь мир.

 

    Никакой конфедерации и никакой же федерации! Конфедератов - в шею, федералистов - вразумлять. Не вразумившихся - отстранять от реального участия в государственных делах.

 

    Допустим, мне отрезали ногу и заменили прекрасным электронным протезом. Ну что же, бывает... Плохо, конечно, но все же Севастьянов жив. Но вот заменили и другую. Потом руки. Потом - и голову. Осталось только туловище, да половая система. Но это - уже не я!

    Так и с нацией. Покамест мы еще русские. Но нас пытаются преобразовать в “россиян” - некое подобие американской нации. А что такое американская нация? Англоговорящий мулат с еврейской головой!

    Поэтому, когда я слышу о необходимости сохранить целостность России, я думаю: какой ценой? Если ценой целостности русской нации - то к чертям собачьим целостность России!

    Без территорий мы обойдемся. (Обходились же! И росли, и крепли!) Без самих себя - нет. Мы не должны мириться с утратой русскости. Не должны превращаться в “россиян” - полукровок, говорящих на дурном русском, которыми управляют евреи!

 

    Русским бабам не хватает хороших русских мужиков; вот они и связываются с кавказцами и прочими инородцами. Это - проблема! Проблема реальная, ненадуманная. Как ее решить?

 

    В Валентине Серове (художнике, Симановиче по матери-еврейке) нет никакой духовной гибридности, это абсолютно русский мастер. А в нынешних наших полукровках - есть. Это свидетельство больших прорех в современной русской ментальности, ослабления ее силы.

 

    Инвестировать в производство? Для начала перекройте импорт в соответствующих отраслях! Иначе инвестиции вылетят в трубу.

 

    Вот причины неудач русского движения, которые я считаю основными.

    Первое. Разобщенность партий, групп и движений. Во многом это связано с отсутствием общепризнанного лидера. Но если нет кого-то одного, вокруг которого можно собраться, как когда-то вокруг Дмитрия Донского, то по крайней мере нужно взаимодействовать, координировать усилия. Так нет же! Каждый лидер больших, средних и карликовых партий и партиек считает себя Мининым и Пожарским в одном лице. Абсурд, но как мешает! Ведь у нормального человека есть двадцать пальцев на руках и ногах, однако голова - одна, мозг - один. Нельзя жить не то что с двадцатью, но и с двумя головами. А у патриотического движения мало того что двадцать (или сто двадцать) голов, так ведь все еще и косятся друг на друга, ибо каждая мечтает о власти. А мечтать-то надо не о власти, а о великой России, о здоровом, сильном, многодетном русском народе, о его будущем...

    Второе. Дефективная социальная база. Сделано все, чтобы оттолкнуть русскую интеллигенцию, которую обвиняют, не понимая ее природы, во всех смертных грехах и предательстве Родины. Разжигают классовые противоречия, отталкивают, пугают русского предпринимателя. А куда же без него, без денежной поддержки-то? В коммунизм эти категории населения не заманишь, а без них конструктивной, способной взять власть оппозиции не создать.

    Третье. Неудовлетворительное иде-ологическое и пропагандистское обеспечение. Идеологическая разобщенность, разброд, самодеятельность. Отсталая, в массе, идеология. Рецидивы архаики: “православие-самодержавие-народность” либо социал-феодализм в том или ином виде. Невостребованность русских идеологов, боязнь новых идей, страшная консервативность, страх, что массы “не поймут”. И непонимание простого факта: от масс уже ничего не зависит... Действующие политики не интересуются политическими истинами: научите, как взять власть, помогите в этом - вот все, чего им надо от “яйцеголовых”. Тупик. Повидал я идеологов-советников при разных макро- и микровождях: их роль ложная, декоративная; как во времена ЦК КПСС, их советов спрашивают, только чтобы поступить по-своему. Призрачный вес, призрачное влияние.

 

    Решаема ли в принципе задача возвращения к национально ориентированной массовой психологии? Опыт стран СНГ (особенно, Казахстана и Украины) и Прибалтики дает положительный ответ. Это - практика. Но и теория говорит о том же. Два принципа объединения (и только два!) из века в век свойственны людям: на социальной, классовой - либо на национальной платформе. Эти платформы между собой не соместимы: борьба классов разрушает нацию, борьба наций заставляет забыть, отбросить классовые противоречия. И наоборот. Принцип классовой интернациональной солидарности господствовал у нас семьдесят лет. Он рухнул, изжил себя исторически, практически и идейно. Настало время для торжества принципа солидарности национальной.

 

   Власть мысли - очень велика. Прежде, чем всесильная КПСС рухнула в реальной жизни, она утратила опору в умах людей, была дискредитирована. Власть нынешних демократов уже дискредитирована тоже. Но противопоставлять ей идеологию вчерашнего дня бессмысленно, бесполезно. Выдумывать идейно-поли-тические химеры с претензией на верность парадокса, типа “национал-большевизма”, - глупо и вредно. Это годится лишь для умственно незрелой романтической молодежи или для впавших в детство горячих душою старушек. Надо дать новое, но верное учение, соответствующее данному текущему историческому моменту, настоятельной исторической потребности дня. На мой взгляд, спасительных общих идей - две. Это национал-капитализм (как вектор экономический) и национал-демократия (как соответствующий политический вектор). Такими должны быть, если использовать термины истмата, базис общества и его надстройка. Что это означает конкретно для современной России и русских? Читайте наш проект Конституции России, там прописано.

 

   Для нашей политической борьбы пример сегодня - иезуиты, вообще контрреформация. Они не повернули вспять колесо истории, не вернули в лоно католицизма ни Англию, ни пол-Германии, ни Скандинавию, Швейцарию и часть Прибалтики. Но папство  - живо и влиятельно; католичны романские страны, Литва, Польша, Латинская Америка... Разве уцелеть, избежать смертельной угрозы - это уже не победа?!

   Но сколько усилий для этого, какая цепкость, какая воля к победе - ежесекундная, неуклонная!

   Нам, русским, нужно быть такими же и действовать также. Выживем. Уцелеем. Вернем себе былую силу. Построим свой рай на русской земле. Но никого к себе больше не пустим.

 

   Многое зависит от того, какая тенденция в духовном поле интеллигенции возобладает: космополитическая или национальная. Весы колеблются. Национализм так долго подавлялся, преследовался, был под запретом, что его очевидная правда с непривычки может шокировать. Но и не может не притягивать, как все полузапретное. Любой диалог, даже с врагом нашим - на пользу нам, нашей идее. Непривычное станет привычным. Естественным. А там и необходимым.

   К сему - еще. Нерусская часть интеллигенции активно эмигрировала. Русская же идейно просыпается: рост понимания, рост патриотизма - налицо. Наши оппоненты настолько “засветились”, скомпрометировали себя, вызвали такое возмущение и отвращение, что против своей (пожалуй, и нашей) воли спровоцировали размежевание и консолидацию по национальному признаку среди интеллигенции. Ходишь на литературные и музыкальные интеллигентские “тусовки” и видишь: аудитории заметно “посветлели” за последние десять лет, одни - значительно, а другие - так и полностью. А окажешься в национально смешанной компании и чувствуешь: висит в воздухе недосказанность, настороженность, недоверие; нет в общении былой простоты, легкости, открытости, искреннести. Ну, и конечно - чисто нерусские тусовки тоже появились, куда русский может лишь “затесаться”, как бедный родственник: муж, зять и т.п. Раньше так не было. Крепко, знать, легла обида на русскую душу! Не захотим мы, пожалуй, больше ни самоубийственной “всемирности”, ни фальшивой, односторонне выгодной (не нам) “дружбы народов”, ни братанья с малым каким народом. Тяжелый урок нам...

 

   Не поймешь, плохо это или хорошо: у современной русской бюрократии почти начисто исключен идеологический принцип подбора: остался один только чисто карьерный, шкурный. Верность идее заменена личной и клановой преданностью. Означает ли это принципиальную невозможность восстановления партократии? Жаль, если так. Хотя, если появится всероссийский новый клан - некая властная “русская партия” - все, я думаю, быстренько вновь переменится. Наш? Иди к нам. Не наш? Иди...

 

   Нет ни одной такой страны во всем мире, кроме России, где русского потерпели бы в качестве хозяина.

   Беда в том, что и в России-то его как хозяина не терпят.

 

   От Лукашенко, “деревенщины”, во-ротит нос белорусская интеллигенция, будучи сама в основном первого, максимум второго поколения, имеющая в крестьянстве мать-отца и другое родство. Отвратительно! Это типично “новодворская” интеллигенция. А он еще с ними играет в благородство!

 

   Чеченцы - мои враги в прошлом, настоящем и будущем. Хороший чеченец, как известно, - это мертвый чеченец. Но я их уважаю, я в восхищении от их национального подвига. Мы должны у них учиться двум вещам: защите всего “своего”, национального, и - ненависти к врагам, к чужакам.

 

    Американцы (англо-саксы, белые), со  своим комплексом вины перед инородцами и нацменшинствами - индейцами, неграми и др. - не могут и не должны навязывать этот комплекс нам. И нам не к лицу принимать от них рекомендации в этом вопросе.

 

    Лебедь, как Антей к Матери-земле, все время вынужден прижиматься к породившим его лицам демократической национальности: не к Бергману, так к Боровому; не к Березовскому с Гусинским -  так к Каспарову...

 

    Произвести в наших ВУЗах “зачи-стку” восточных гостей, заплативших взятки за учебу, довольно легко. Нужно лишь присутствие госконтролера на экзаменах: “неуд” - и автоматическое отчисление. Пересдача - в контрольной комиссии (попробуй пересдай!).

 

    Нынешняя Конституция не выражает интересов коренных народов России, не дает им никаких преимуществ перед пришлыми представителями народов, имеющих свою государственность вне России,  оказавшими-ся у нас в силу разных обстоятельств.

    Но Россия - не историческая свалка народов. Это - не Америка, не имеющая своей нации, страна эмиг-рантов, предателей своих родин.

   

    Чеченская война не кончена, пока последний вайнах не исчез со священной русской земли.

 

    К счастью, мы пока еще открыто называем негра - негром, женщину - женщиной, педераста - педерастом. И перенимать нам американскую манеру деликатничать и из-за ложной этой деликатности извращать понятия - нам ни к чему.    

 

    Сергей Кара-Мурза пишет образно и остоумно. Даже слишком: ибо остроумие не заменяет ума, а образное мышление - логического.

 

    Противостояние с НАТО сегодня - выявило в нас главное: мы не отождествляем себя с Европой и не намерены противостоять в ее составе - Азии, третьему миру.

    Это важно для нашей самоидентификации.

 

    С хохлами это вот и произошло: количество инородных вкраплений превысило допустимый предел и привело к появлению нового народа, уже не соотносящего себя с русскими.

 

   Слышишь порой благородную русскую фамилию: писатель Каледин, поэт Иртеньев, редактор Третьяков... Ан - евреи! Обидно. Этак скоро начнем сомневаться, а не были ли евреями - белый генерал Каледин, герой повести Л.Толстого “Детство, отрочество, юность” Иртенев, меценат-купец Третьяков... К чему приводит мимикрия!

 

    Гайдара называют “отцом реформ”. Но поглядите на него: может ли от такого ... родиться что-нибудь путное?

 

   Об архаистах и новаторах. Сравним две цитаты.

   Епископ Никандр (Звенигородский): “Если национальное тормозит духовное, надо отбросить такое национальное”.

   Писатель, религиовед В.Б.Авдеев: “Если недостатки содействуют росту могущества нации, то это уже не недостатки, а напротив, ее достоинства... Мораль - прислужница нации, а никак не наоборот”.

    Может быть, кому-то близка позиция епископа. Но мне ясно, что будущее в этом вопросе - однозначно на стороне Авдеева. Пусть архаисты хоронят своих архаистов.

 

    Если проказа поразила человеческий организм, от нее иногда можно избавиться, пожертвовав частью тела - рукой, ногой. Это называется  -  “ценой потери” (врачебный термин).

   Недавно Ку-клукс-клан предложил “Нации ислама” Фаррахана создать суверенное негритянское государство в южных штатах Америки. Хоть так очистить США. Урок для многих, в том числе для нас. “Ценой потери”.

 

   Муртаза Рахимов, “президент” Ба-шкирии, утверждает: у нас-де нет “башкиризации”. Зато налицо дерусификация, а это еще хуже.

 

     Мусульмане России - это мостик для этнической экспансии народов, не связанных с русскими общими корнями.

 

   Христианство - способ адаптации человечества к вирусу еврейства.